Бессердечный принц. Раскол

— Всех рядовых, офицеров и начальственный состав дворцовой стражи перепроверить. Разжаловать начальника охраны, затем поместить в Петропавловскую крепость для допроса. Пойманную горничную отправить следом, вытрясти из нее все подробности. Если надо — применяйте пытки. Но чтобы к утру у меня на столе лежал отчет: кто, что и кому ждать расстрела.

Влад затаил дыхание, а я придвинулся ближе и прошептал ему на ухо:

— Молись богу, чтобы ты оказался непричастен.

— А иначе?

Вопрос прозвучал двусмысленно и дерзко. Наши взгляды встретились, и впервые я затянул с ответом.

— В противном случае беги из страны. Потому что я не собираюсь делать выбор между братом и короной.

Отступив, я громко откликнулся, когда в двери постучали:

— Войдите!

Глава 7. Ольга

На смену безмятежности пришел страх, который меня и разбудил.

Как только я открыла глаза и оглянулась, облегчение укутало теплым покрывало и убрало с языка прогорклый вкус паники. Сладкая эйфория ударила в голову не хуже мартини от ощущения собственного величия.

Я не сразу поняла, что эмоции не мои. Беззащитный разум подвергся атаке чужих чувств. Резкие черты лица лекаря разгладились, а под его нависшими веками засиял радостью взор. Страх растворился в глубине зрачков цвета крепкой заварки, и Владимир Яковлевич Боткин стер влажную каплю с кончика длинного носа.

— Душечка, вы очнулись, — вместе с круглой головой затряслась редкая бородка. Среди посеребрённых нитей мелькнула улыбка.

Главный лекарь императорской семьи сбросил полупрозрачные искры с пальцев, затем закрыл пробкой небольшой флакон с пахучей жидкостью.

Ее горький аромат раздражал слизистую и напомнил о терпких восточных специях. Однажды Дмитрий, мой почивший муж, привез целую коробку пестрых баночек из Османской империи, а я в них по глупости сунула нос. Потом долго приходила в себя и с трудом избавилась от чиха.

— Что со мной? — голова гудела, тени сливались воедино и черной кляксой расползались по комнате.

Взгляд прошелся по мебели и стенам, где-то в груди екнуло сердце. Императорские покои я узнала сразу, потому что видела множество фотографий из музеев и архивов с интерьерами Зимнего дворца.

Большая часть отделки сохранилась в первозданном виде со времен первой попытки переворота в тысяче девятьсот семнадцатом году. Остальное восстанавливали при прабабке Алексея по снимкам и личным записям архитекторов прошлого века.