Думер

В ответ он молча пожал плечами, подразумевая что-то в духе: «Почему бы и нет».

— Он со мной, — сказал я Григорию, когда тот подозрительно посмотрел на некроманта.

— Итак, прошу знакомиться, — проговорил Григорий. — Мои родители, княгиня Ольга Михайловна Миронова и князь Дмитрий Михайлович Миронов. Ну а это… — сказал он, подразумевая нас с Отто.

Княгиня Миронова поздоровалась весьма оригинально. Она молча взмахнула рукой, и мои руки в ту же секунду оказались прибиты к столу желтыми светящимися нитями. Такими же, какими прошлым вечером Григорий «приковал» меня к асфальту при первой встрече.

Сопротивляться я не пытался. Но на языке так и вертелось что-то вроде: «Это у вас сегодня семейное?», имея в виду ту агрессию, с которой меня встречали.

— Ну и что за оборванца ты нам привел? — только теперь сказала Миронова, окидывая меня презрительным взглядом.

Мироновы сели напротив нас, а Григорий так и остался стоять возле стола. Не найдя себе места, сказал:

— Пойду покурю-ка, ёлки. Кипитярьтесь тут сами. — И добавил уже у выхода: — Мам, дверь открой!

Отто сохранял удивительное спокойствие, ну и я от него не отставал. А вот Мироновы явно были не в духе.

— Представься, — сказал теперь уже князь Дмитрий.

— Артем Думский, — ответил я. — Вы меня не знаете, можете голову не ломать.

— А лицо знакомое, — задумчиво и с язвинкой произнесла княгиня.

Взгляд ее был долгим и холодным. Она словно смотрела сквозь меня, капалась во внутренностях. И такая вот игра в «гляделки» все не кончалась и не кончалась. Я ждал, когда княгиня переключится на некроманта, однако она явно назло уставилась на меня, не желая проигрывать.

— Итак, — подал голос князь. — По порядку рассказываем, что вы делали вчера вечером на улице Рубинштейна.

— Шел из библиотеки князя Голицына, — незамедлительно ответил я.

— Куда? — тут же спросил Миронов.

— Не куда, а от кого. На меня напали неизвестные в черных пальто. Пытался скрыться от них дворами, поскольку их было много.

— Даже так. — Миронов напыщенно изобразил удивление. — Много — это сколько?

— Не меньше двадцати.

— Зачем вы напали на охрану нашего сына? — задала неожиданный вопрос княгиня.

— Напал? — переспросил я. — Если кто на кого и нападали той ночью, так это на меня. Григорий должен был сказать.