Полёты над Караби. Роман в четырех новеллах

Влад Гермесович нахмурился сквозь улыбку, подошел к стене, где висел объемистый-преобъемистый «Словарь садовода», довольно быстро пролистал его, потом захлопнул и с кажущейся безнадежностью сказал:

– Милые, я люблю вас всех, мне не нужно знать, какой сорт лучше, я не генетик… но когда мне, Господи, начинают рассказывать, о проблемности мышления, о том, как это серьезно, о том, как этим можно управлять… тогда мне хочется язвить, язвить и язвить! Самым серьезным человеком в этом мире был весовщик казны его императорского величества, мир праху его!

– Сдаюсь, – сказала Майя.

– Почему? – это начала срабатывать потаенная Женина пружина. – Почему? А может быть, ваш весовщик приходил каждый вечер домой, напивался, был страшно весел и сочинял анекдоты о его императорском величестве…

– О да! – подхватил Влад Гермесович. – И мечтал о великой реформе счастья. Нет, Женя, весовщик был последовательно серьезен, он мечтал о кресле министра финансов.

– А вы, значит, мечтаете несерьезно?

– Я? Ну, естественно.

– И вы пойдете на Караби искать алмазы вместе с Гаем?

– Как вы сказали? Искать алмазы на Караби?! Майя, ты слышишь?..

– Да, дядя, ничего удивительного. Ты же нашел в прошлом году бутылочный метеорит.

– Бутылочный метеорит! – Женя уже не мог найти себе места, встал и подошел к тому же самому талмуду на стене, потрогал его, но открывать не решился. – Почему бы ни сказать, что вы нашли там просто бутылку?

– Потому, что это был все-таки метеорит.

– Ну, тогда в этом «метеорите» лежало послание к первому попавшемуся барону Мюнхгаузену с приглашением посетить дружественную галактику!

– Нет, Женя, метеорит был, вы знаете, совершенно пуст.

– Стоило ли находить!

– Стоило! – воскликнул Влад Гермесович. – Я же не оставил это дело просто так – я вложил туда послание.

– Занятно… и где же оно теперь?

– Витает, Женя, витает… метеорит – он и есть метеорит, мало ли, куда его понесет!

Женя так и не понял, что ему надо: то ли смеяться, то ли плакать, – он уже совершенно безболезненно преодолел свою немногословность, всех предупредил, что история, которую он собирается рассказать, еще никогда и никому в подлинном свете не представлялась, а речь в ней идет о том самом случае с шаровой молнией…

Случилось это на дороге между Судаком и Алуштой… Ночь там гуляла ясная: вся в звездных веснушках, лес кругом как зеленая древесная лава… повороты есть наиопаснейшие, а все жилое внизу у побережья, его и не видно с дороги.