НЕБЕСА. Восхождение

Тонкие и длинные ветви с острыми шипами переплетали дверь. Растение медленно вилось, словно живое, выпуская свои шипы, и снова их пряча, вводя в заблуждение всякого, кто захочет проникнуть внутрь.- Что это?!- Это печать, Верховен сейчас не может принять. Это происходит каждый раз, когда он впадает в транс, - объяснил Авель.Фейерия протянула руку к лианам и те тут же выпустили навстречу ей свои остроконечные шипы. В страхе она отдернула руку, ее лицо побледнело.- Ева?! - услышала я, как она зовет меня и, отпустив локоть стража, подошла к ней, - избавься от них.

- Я? - ее просьба выглядела странной, глаза испуганно смотрели в одну точку.- Не все же мне самой делать! - тон ее голоса немного повысился.- Но я не знаю как, Фейерия.Фейерия взглянула на меня, и я увидела в них такой холод, что меня передернуло. В ту же секунду она схватила мою руку и не успела я опомниться, как она резко запустила ее в самую гущу лиан.Я громко вскрикнула, почувствовав, как множество шипов протыкают мою кожу. Слезы сами хлынули из глаз, смывая потоком остатки созданного моим воображением ангельского образа Фейерии. Попытки вырвать руку не увенчались успехом, ее хватка была на удивление совсем не женской. Жгучая боль охватила всю руку, опираясь другой рукой о смежную стену, я через пелену слез смогла разглядеть, как ветви лианы медленно растворялись перед глазами. Рука бессильно упала и повисла вдоль тела, когда ее отпустили.Авель осторожно подхватил ее, укрыв белым шелковым платком, на котором тут же выступили крохотные капельки крови. - Спасибо, - только и смогла прошептать я Авелю в благодарность.Дверь с шумом открылась под натиском рук Фейерии, и мы вошли в довольно таки большое и просторное помещение. В центре на круглом расписном ковре в окружении множества мягких подушек сидел мужчина лет сорока пяти. Его мужественное лицо было исполнено смирения и покоя, темные волосы аккуратно зачесаны назад. Глаза его были закрыты, а руки ладонями вверх лежали на коленях.- Как долго он будет в таком состоянии?- Я не знаю, - Авель покачал головой, - обычно никто не нарушает его уединения в такие минуты. Верховный Приам всегда делал это в одиночестве.Я отошла в сторону, скрывшись в темном углу комнаты, а взгляд был прикован к мужчине. Значит это и есть Верховный Приам... Отец Томаса! Сердце сжалось, всматриваясь в его лицо, я находила схожие черты лица, красивый нос, четкий контур губ, я почему-то уверена, что и цвет глаз у них одинаковый.