Dominium Mundi. Спаситель мира

Все были так уверены в превосходстве крестоносцев, что эта неудача, в сущности, не столь уж значительная, воспринималась как поражение. Чтобы объяснить подобный разгром, а главное, понять, как атамиды умудрились обмануть многочисленные средства обнаружения, которыми оборудованы боевые экзоскелеты, Дудон, Олинд и Льето строили самые разнообразные гипотезы. В стремлении победить этот внезапный приступ пессимизма Танкред постарался немного успокоить своих людей:

– Да ладно вам, ребята, не стоит сгущать краски.

Когда в тот же вечер Танкред встретился в таверне с Клориндой, вся армия крестоносцев только и говорила, что о контакте. Он описал ей сцену возвращения подразделения р/с, при которой она не присутствовала, стараясь не слишком подчеркивать крайне заразительный ужас уцелевшего.

– В отличие от распространенного мнения, – сделала вывод молодая женщина, – лично я никогда не считала, что этих существ так уж легко победить.

Хотя второй аргумент показался Танкреду не слишком убедительным, в целом он разделял эту точку зрения. После столь впечатляющего возвращения разведчиков он уже неоднократно возвращался мыслями к Альберику. Выжил ли тот после своего сенсационного побега? А если выжил, то как он со своими сообщниками умудряется уцелеть на вражеской территории, где в любой момент существует риск встретиться с подобными монстрами?

– Ты постоянно размышляешь о завтрашней операции, да? – спросила Клоринда, неверно истолковав его молчание.

– Да… – кивнул Танкред, сочтя, что лучше не признаваться, чем на самом деле заняты его мысли. – Момент будет сложный, бойцы впервые смогут оценить свои силы. Кстати, я бы предпочел, чтобы этот утренний контакт не произвел такого впечатления на наших.

– На Земле я участвовала только в незначительных конфликтах, – продолжала молодая женщина. – Так что завтра у меня будет первый серьезный бой.

Она заколебалась и слегка покраснела.

– Я… у меня дурное предчувствие…

Внезапно осознав тревогу любимой женщины, Танкред взял ее руки в свои:

– Любовь моя, в этом нет ничего странного. Страх – чувство абсолютно естественное, даже у солдата.