Темный Мир. Пробуждение силы

— Первое, я и пальцем не трону твоих дружков, но как только кто-то из них выступит против меня, я в ту же секунду буду в своем праве уничтожить и их и весь их род к черту.

— А второе условие? — шепотом спросила, хотя какое к черту второе условие, первое то из разряда не выполнимых. Кир так просто не сдастся.

— А второе… ты принесешь мне клятву на крови, с капелькой заложенного в него проклятья. Чисто, чтобы подстраховаться. Вдруг тебя все же спасут или ты мне надоешь… Жизнь, знаешь ли, штука не предсказуемая, а у нас к тому же еще и очень длинная…

Глава 24

Клятву?.

Проклятье?..

Внутри все на миг похолодело, но почти тут же я снова взяла себя в руки и уверенно кивнула Владимиру. Черт с ним. Пусть будет так, как он хочет, если это поможет спасти жизнь друзьям.

Из последних сил, кряхтя и шипя от боли в груди, совсем не грациозно поднялась на ноги и встала перед вампиром гордо вздернув кверху подбородок.

Владимир подошел ко мне вплотную, так что моя грудь соприкасалась с его, а его ледяное дыхание щекотало короткие волоски у виска.

— Покорная, но не покоренная… — с восхищением прошептал Владимир и его язык прошелся по моей щеке, оставляя мокрый след. Меня передернуло от отвращения, но я снова смолчала. — Дай сюда руку, девочка, — потребовал вампир и сам схватил мою кисть поворачивая ладонью вверх.

Когда он достал небольшой, устрашающего вида кинжал я зажмурилась и приготовилась ждать. Чего я и сама не знал, но явно ничего хорошего.

— Смотри, — потребовал вампир, а когда я не подчинилась отвесил мне оплеуху. Не сильно, но достаточно, чтобы я выполнила его требование.

Владимир удовлетворенно хмыкнул, погладил кончиками пальцев по щеке, которую только что сам и ударил и, сосредоточил все внимание на моей ладони и острие кинжала, которым он начал вырисовывать какие-то жуткого вида символы и быстро-быстро что-то шептал себе под нос на незнакомом мне языке. Честно, боли я совсем не чувствовала, а вот страх перед будущим, которое я сама себе и обеспечивала, волнами накатывал на меня.

Владимир колдовал над моей рукой минут десять и к тому моменту, как он удовлетворенно хмыкнув, в последний раз посмотрел на свое творение и отпустил меня, на ладони не осталось ни одного живого места. Все было покрыто мелкими порезами, которые складывались в причудливый узор и жутко саднили и щипали.