Ведьмина тайна

В общем, из дома я вышла, прихватив зонт и дождевик, в отличном расположении духа и окрылённая мечтами.

...и если бы я только знала, чем закончится этот проклятый мрачный день, если бы хоть предположить могла, с чем меня столкнёт судьба...

Часть 2: Эффект «бабочки». Глава 1

Люди не приспособлены жить так близко к волшебству –

наряду с лучшим оно обнажает в нас и худшее.

Саймон Грин «Город, где умирают тени»

В торговом центре «Млечный путь» было тихо и пусто. Зевающие продавцы, закрытые на перекуры отделы, негромкая музыка из кофеен.

А посетителей – раз-два и обчёлся. Я, моё отражение, снова моё отражение... Четверг, одиннадцать утра.

Сразу в «сокровищницу» я не пошла – духу не хватило. Как порядочная сорока, при виде сияющих металлов и камней я забывала обо всём на свете. А сейчас я не праздно шатающийся посетитель. Я на задании. И забывать о нём нельзя. Поэтому я бродила вдоль бутиков и изучала тряпки с обувкой, напоминая самой себе Семёна Семёныча Горбункова, ищущего «такого же дракона, только без крыльев».

Единственное, меня никто не пас: продавщицы провожали невыразительными взглядами, охранники – скучающими. А я... собиралась.

Обойдя три этажа тряпок, я наконец решилась на «сокровищницу». И пусть знаков не увижу. Хотя бы пойму, что нашла нужное место. Наверное. «Компас» же мне не зря выдан. Тогда и «дракону» сообщу. Не хотелось видеть заклинателя без повода и ощущать себя под надзором, поэтому я опять молча от него сбежала. И, да, самое ему место в «сокровищнице». Повезло бы угадать.

..

Спустившись на эскалаторе на цокольный этаж, я на минуту ослепла – от блеска украшений рябило в глазах. И приснившиеся символы вставали перед внутренним взором чётко и ясно. Витрины горизонтальные, витрины вертикальные, а в них – золото и серебро, драгоценные камни и кристаллы Сваровски, кольца и браслеты, подвески и...

Продавщицы, чинные и модные, терялись, растворялись в блеске бесконечных украшений. И, привычные к реакции посетителей, обычно они заговаривали раньше, чем потенциальный покупатель очухивался и начинал различать в общем блеске отдельные детали.

Обычно, то есть в прежние мои посещения. Сейчас на одну негламурную (и неперспективную) девицу в моём лице никто не реагировал, поэтому, сойдя с эскалатора, я дольше прежнего привыкала к окружающему сиянию. И мантрой повторяла про себя: «Порошок, уходи... Порошок, уходи... Поро...»

– Туалет – налево и до конца, – не отрываясь от телефона и жуя жвачку, равнодушно сообщила ближайшая девица.