Всегда один

Чёрт, чёрт, чёрт! Я бы лучше со Степаном дело имел! Да что там Степан — даже Кежай больше выглядит человеком, особенно после того, как начал говорить развёрнутыми предложениями! Тут же — полный мрак: сидящий напротив меня человек под полтинник болезненно худ, его руки разрисованы старыми сизыми наколками, но главное — взгляд. Пробирает до самых печенок. Я как только его увидел, сразу же хотел сбежать. И гори оно все огнём... Но подумал про Степана, который по телефону мне напомнил, мол, не подведи, я за тебя поручился.

И — остался. Разговариваем теперь. И вроде всё хорошо, спокойно, культурно, но, боги, как же мне хочется отсюда исчезнуть! И забыть это всё как страшный сон.

— Давай ещё раз: ты можешь взять груз и доставить его в Москву. Так? — идём на третий круг уже, кажется.

— Да, — я догадываюсь, что меня, похоже, ловят на формулировках, и стараюсь особенно не распинаться...

— И когда груз будет в Москве? — это вот что-то новенькое.

— Зависит от многих факторов, в основном от того, когда я его заберу тут.

Обычно хватает суток, — уж за сутки-то я всяко должен успеть, даже если самолётами обставляться.

— Обычно? А ты уже что-то отсюда вывозил? — ну здорово, опять пошёл цепляться...

И в таком вот духе — на два часа!

Внутри вскипает раздражение, я уже не могу дальше держаться. Со стуком бросаю локти на стол, наклоняюсь вперед и срывающимся голосом заявляю:

— Это уже как-то слишком похоже на допрос!

Реакция собеседника обескуражила.

Он, ни на йоту не меняясь в лице, не отклоняясь назад и не двигаясь мне навстречу, всё тем же ровным тоном задаёт новый вопрос:

— Бывал на допросе? Где? — и я уже почти готов либо взорваться, либо просто уйти в прыжок прямо отсюда, но внимание переключается на открывшуюся дверь и нового персонажа:

— Ну что, Стылый, пацан ещё не убежал от твоей нудятины? — вошедший выглядел жизнерадостным здоровяком, буквально противоположностью уголовнику напротив меня.

Не дожидаясь ответа Стылого, я повернулся к новому участнику и с нажимом заявил:

— Пацан ещё не убежал, но готов это сделать прямо сейчас, если мы не начнём говорить о деле.

— А мы о деле, парень. О серьёзном деле. На которое ты собираешься подписаться, ничего об этом не зная, — это уже Стылый голос подает.

— Мне и не надо знать, прикинь? Я ничего знать вообще не хочу. Моё дело — взять у вас тут кейс или рюкзак, а на следующий день отдать его где скажут и кому скажут.