Пришельцы ниоткуда

Поэтому я прошу вас отказаться от неразумной гордыни, удивляющей меня у такой высокоразвитой расы, как ваша. Заклинаю вас войти в Великое содружество, Союз человеческих миров. Наш единственный враг – мислик! Он угрожает всем человечествам – с зеленой ли, с синей или с красной кровью. Даже если вы нечувствительны к излучениям мисликов, вы все равно не сможете жить около погасшего солнца! Подумайте и возвращайтесь со словами дружбы, а не гнева. Эта планета – Элла, а не Арбор, и хозяева здесь – мы. Мы примем вас снова сегодня вечером.

Синзун хотел было возразить, но Аззлем не дал ему это сделать:

– Нет! Настаивать бесполезно. Подумайте. До вечера.

Девятнадцать Мудрецов удалились, оставив синзунов со мной, Суйликом и Эссиной.

Только тогда синзуны, похоже, обратили на меня внимание. Трое мужчин двинулись ко мне с угрожающим видом. Девушка пыталась удержать старшего из них, но тщетно.

Я встал. Суйлик медленно сжал руку на рукоятке маленького фульгуратора, который он, как и все командиры ксиллов, имел право носить на поясе.

– Я полагал, – начал один из них, – что хиссы, мудрые хиссы, отказались от войн много столетий тому назад…

– От войн – да, но не от защиты своих гостей, – ответил Суйлик. – Если вы здесь с добрыми намерениями, к чему оружие, которое вы скрываете под вашими туниками? Неужели вы думали, что кусок материи помешает нам обнаружить металл?

Напряжение буквально витало в воздухе. Тщетно Эссина и я с одной стороны, Ульна и пожилой синзун со стороны другой пытались вмешаться.

Словно deus ex machina[4 - Здесь: чудесный спаситель (лат.).], внезапно появился офицер охраны в сопровождении четырех хиссов:

– Совет девятнадцати просит своих гостей-синзунов вернуться в предоставленные им временные жилища. Совет напоминает, что на Элле никто, кроме дежурных офицеров-хиссов, не имеет права носить оружие.

У него был мощный шлем-усилитель, поэтому каждая фраза звучала в моей голове отчетливо и сухо, словно ультиматум. Должно быть, синзуны именно так его и поняли, потому что они побледнели и вышли. В дверях Ульна обернулась и смерила нас долгим взглядом.

– Что касается тссемлянина, – продолжал офицер, – то его самого и его спутников ждет Аззлем.

Когда мы вошли, Аззлем, Ассза и Ассерок о чем-то ожесточенно спорили.