Имя

Только рядом с машиной дворф, обладая весьма скромным ростом, казался на самом деле невысоким, потому как обычно недостаток роста компенсировала отменная коренастость шахтерского тела.

— Утро доброе, зеленобородые! — поприветствовал он детей, бросив окурок себе под ноги. — Ну чего, готовы?

— Да! — хором ответили дети, поднимая в воздух ржавые кирки.

— Ну, погнали значит. — улыбнулся Дуллан.

По пути в шахту дворф решил еще раз проверить то, как дети усвоили вчерашний урок. Да и, к тому же, Норану полезно было услышать все то, что он пропустил.

И поэтому, объезжая выбоины на дорогах и тихо матерясь себе под нос, Дуллан то и дело задавал детям вопросы:

— Ну-ка, пузатые, почему эхолит нельзя копать бурами?

— Я, я знаю! — вскочила на ноги, но сразу же упала из-за тряски одна из девочек.

— Ну?

— Потому что тогда он теряет свои магические свойства! — с гордым видом ответила она. — Эхолит меркнет, если встречается с технологиями!

— Правильно, — довольно улыбнулся мужчина.

— А зачем дворфам подземные имена, кто скажет?

— Потому что под землей какая-то хренотень, — вздохнул Гин. — И это от нее типо должно защитить.

— Не типо, а должно, — нахмурился Дуллан. — Так, все. Успокаиваемся. Почти приехали.

Весь город, по-сути, был когда-то построен лишь для того, чтобы работала одна-единственная шахта, представляющая из себя сеть пещер под горой Антай. Когда-то давно, здесь, в Антайске, в огромных масштабах добывали эхолит — кровь и жизнь всех эльфов, дворфов, гномов и прочих рас, тесно связанных с эхо.

Стук кирок не замолкал ни ночью, ни днем, десятки и сотни храбрых дворфов работали в поте лица, чтобы снабдить свою родину эхолитом, чтобы защитить честь своего города-героя.

— А потом в шахте поселилось кое-что нехорошее и ее прикрыли... — по пути к невысокому бетонному зданию администрации продолжал свой рассказ Дуллан. — Сейчас, конечно, считают, что тут уже ничего нет, да только в девяностые всем уже стало не до этого.

Про себя, не озвучивая свои мысли, дворф вспомнил, как акции этой шахты расходились по рукам, как их скупали местные и не очень предприниматели, и как вскоре всех их находили с явно лишними отверстиями в теле. В какой-то момент шахту начали считать проклятой, и теперь инвесторы избегают этого места и этого города в целом.

— А вы где работаете, дядь Дуль? — мужчину нагнал Гин, который, казалось, вообще не волновался перед своим первым спуском.