НАСЛЕДИЕ, ТОМ 2

Хотя он был заместителем директора госпиталя, он все же периодически заходил проверять ее состояние, как если бы он был ее личным прикроватным врачом. Анна Юрьевна была польщена. Она была обычным гражданином бедного сословия, а профессор Лашкевич был известным специалистом в области медицины.

Глава 21

Анна Бахметева знала, что затраты на пересадку органов непомерны. Покупка здорового органа может стоить больше десяти миллионов, хотя всегда есть надежда, что найдется человек, который им поможет. Однако, собирая урожай без посева, она чувствовала угрызения совести, принимая помощь от других напрямую.

Кроме того, она также достаточно хорошо знала характер своей дочери, чтобы понимать, что та определенно захочет отплатить за эту услугу, если узнает, кем был тот добрый человек, который помогал им.

─ Госпожа Бахметева, в случае выписки вы можете столкнуться с опасностью для жизни в течение трех месяцев. Более того, ваша дочь уже подписала договор на операцию, поэтому мы обязаны вас лечить.

Профессор Лашкевич, естественно, не позволил бы Анне Юрьевне выписаться из больницы, иначе он не смог бы ответить перед Денисом Путятиным.

─ Вы должны верить в больницу, что мы все еще можем вылечить вашу болезнь. Ваше текущее состояние еще не является самым критическим, вероятность успеха при операции составляет 85%.

Теперь Николай Сергеевич мог только изо всех сил стараться убедить женщину, так как настроение пациентки окажет большое влияние на лечение.

Поддержание счастливого и оптимистичного настроения помогало в лечении и повышало вероятность успеха операции.

─ Профессор Лашкевич, мне очень жаль. Я отказываюсь от лечения и не пойду на операцию. Я все еще пациентка, вы не можете заставить меня лечиться вопреки моей воле.

Анна Юрьевна была необычайно полна решимости не доводить дело до операции, несмотря ни на что.

Операция может стать для ее дочери тяжелым бременем на всю жизнь. Какой в этом прок, ведь она была просто тем человеком, у которого вообще не было смысла жить дальше.

Упрямство матери Светы поставило Николая Сергеевича в такое положение, что он беспомощно посмотрел на Путятина. Если пациентка настаивала на том, чтобы не доводить до операции, они не могли заставить ее пройти через нее.