Муравейник

- А если… тут могли какие-нибудь чёрные мессы проводить…

Вот святая простота!

Артём пожал плечами:

- Тогда бы мы ещё днём заметили какие-нибудь следы и… - и тут же вспомнил, - О, блин! – и, повернувшись к Лешему, щёлкнул пальцами, выделяя мысль: - Мы же забыли фотки посмотреть! Хотели же…

Игната это не вдохновило. Он угрюмо пожал плечами – мол, дело твоё, делай, как считаешь нужным.

Артём считал нужным довести дело до конца. И потянулся к футляру.

Фотик не подвёл. В отличии от сбрендивших компасов и дышащих на ладан смартфонов, добротный фотоаппарат честно служил – сразу отозвался на клавиши, жизнеутверждающе врубив на полную яркость экран.

- Так. Последние, - озвучил Артём и полез в сохранённые.

Экран послушно засветился, показывая последнюю фотографию. На ней смазанными пятнами расплывалась осенняя листва.

- Ага, это последняя, нечаянка – ты как раз возвращался, и я случайно отщёлкал, когда к тебе повернулся, - нервно пояснил Артём, хотя ни Игнат, ни Ксюша к нему не подсели и на экран смотреть не стали.

Леший всё так же молчаливо угрюмым валуном сидел перед костром, тыкая палкой-кочергой по пеплу, а Ксюшка с другой стороны зябко поводила плечами и грела от огня ладошки.

Артёма это не смутило.

- Так. Вот тут уже нормальные, - сообщил он, переключаясь на следующее фото.

И замер.

Да, это была та же полянка. И то же место, где сейчас лежала крохотное тело убитой девочки. Это был тот же орешник и осины следом за ним. И даже Ксюшка, попадающая на заднем фоне в кадр – была… Но не было того, что Артём, собственно, и фотографировал.

- Не понял, - протянул Артём и перещелкнул дальше.

На второй фотографии то же всё оказывалось неправильно, не так, как запомнил.

- Что? – недовольно буркнул Леший, оборачиваясь.

Артём сделал над собой усилие, подтянулся по бревну ближе к здоровяку. Протянул аппарат, перещёлкнул на предыдущий кадр.

Леший мазнул взглядом по снимку на экране и глянул вопросительно.

- Лизы нет, - коротко ответил Артём.

Игнат замер, осознавая, а потом забрал из его рук аппарат и уставился в фотографию.

Артём потянулся и нажал клавишу, вызывая следующее фото на экранчик.

Здесь на снимке оказывалась пустое место убийства – только в кадр попала маленькая пухленькая ручка. Вытянутая навстречу земле судорожно распахнутая ладошка – как маленькая морская звёздочка, выброшенная на скалы штормовой волной - и видимый краешек чёрной трикотажной резинки.