Кровь тьмы. Чернокнижник

Как бы выполняя следующее задание демона, мне не пришлось столкнуться с очередной опасной тварью. Всё-таки жизнь мне дорога и рисковать ей по каждому слову этой сущности я не планировал. К сожалению, повлиять на это я никак не мог, а потому придётся неопределённое время побыть у него в услужении, до тех пор, пока я не смогу избавиться от его проклятой метки.

Сейчас же я занимался подготовкой к очередному призыву демона. Вызвать и заточить обычного злого духа теперь не являлось для меня проблемой, потому я наконец-то решился двигаться дальше.

Я расчертил огромную пентаграмму, после чего расставил по её периметру свечи таким образом, чтобы демон, который окажется в её центре был не способен до них дотянуться. Вокруг пентаграммы провёл ещё больший круг, полностью замкнув его. После чего стал дочерчивать геометрические фигуры внутри этого круга и записывать внутри уже них магические сигилы. Всё-таки, это обычного злого духа достаточно поймать в простую ловушку, более сильного демона она может и не удержать, потому лучше было основательно обезопасить себя, перед тем как призывать его.

Когда закончил все приготовления, я выключил свет и взял в руки гримуар, сразу же переворачивая нужную страницу. Чтобы заклинание вошло в свою силу, при его произношении необходимо вкладывать в свои слова толику силы, потому перед тем, как начать колдовать я несколько раз просто зачитал его вслух, привыкая к произношению, чтобы не допустить ошибки во время начала призыва.

Наконец настал тот момент, когда я был готов. По телу растекался коктейль, в котором было намешано возбуждение и лёгкий страх. Я воспользовался этими эмоциями как катализатором и стал громко зачитывать длинное предложение на мёртвом языке.

Огоньки свеч зашевелились, я ощутил лёгкое дуновение, но останавливаться не стал. С каждым моим словом, в котором была заложена частичка моего могущества, я ощущал налаживающуюся связь с чем-то потусторонним и злым.

Вдруг линии расчерченной пентаграммы вспыхнули фиолетовым светом, чуть позже засветились сигилы, и наконец-то в центре пентаграммы сгустилась воронка истинной тьмы, из которой медленно материализовалось довольно высокое существо.

Первым, на что я обратил взгляд, были его глаза. Ярко-красные, цвета артериальной крови, на его голове их было целых восемь штук. Два стандартного размера, располагались там, где и им и самое место, а вот остальные шесть куда меньше росли из его лба.