Перевернутые небеса. Странник

Андрей, после того как открыл на спор четыре сложных замка подсунутых ему недоверчивым Гуней, ушёл в школу.

Андрей Гуров считал, что образование должно быть качественным, иначе в жизни ничего не добьёшься, и карьеру не сделаешь и в непонятку какую-нибудь попадешь по незнанию.

Быть всю жизнь вором, Андрей не собирался, и относился к происходящему как приключению, разнообразившему его жизнь, для него это было просто хобби.

Встретиться договорились на площади Ленина через три дня — в субботу. За это время парни должны будут принять решение.

Об оставленных в гараже деньгах Андрей не сожалел и знал, что на дело потратил, — с лихвой вернутся.

***

— Ну, что будем делать брат? — Гуня смотрел на рассыпанные по полу гаража деньги.

— Да уж, нет денег — плохо, много, и неожиданно, — тоже плохо. Чую, хапнем мы с этим мелким горюшка, — Солома глядел на рассыпанные по полу гаража пачки денег, сквозь стакан с огуречным рассолом.

После ухода Андрея парни забухали.

— Непростой фраерок.

Замки, с которыми я сутки мучился, пока в систему вкупился — на раз открыл, — сказал, лежащий на тряпье в углу гаража, Гуня.

— Слушай Солома, а может его к нам чекисты заслали?

— Охренел? — нужны мы больно чекистам, спят и видят, как Гуню с Соломой на службу подтянуть — парни засмеялись.

— Нужно с Бриллиантом встречаться, долю заслать и благословение получить, пока он из города не свалил куда-нибудь, — предложил Солома.

— Он сейчас в Искитиме, у Лысого тусуется, че тянуть, поехали, только, — на секунду задумался Гуня.

— Про Малого, и наши с ним будущие дела — молчок, — засмеют.

— Согласен, — кивнул Солома.

Парни собрались по-быстрому, взяли сумку с деньгами, и отправились на вокзал решив разделить ответственность за предстоящие дела с очень авторитетным человеком — вором в законе Васей Бриллиантом.

— Здорово бродяги, — лысый, огромный детина лет сорока, встретил парней у калитки неприметного частного дома, на краю Искитима. — С чем пожаловали?

— К Василию Николаевичу, с доляхой, — ответил Солома.

— Сейчас узнаю, — сказал Лысый, и исчез в доме.

— Здорово Солома, здорово Гуня, —на крыльцо вышел Сам, Вася Бриллиант. — Давненько я вас не видел, совсем забыли старика.

Легенда преступного мира Вася Бриллиант был уже весьма почтенного возраста — восьмой десяток разменял, как-никак.

— Да не с чем идти было, Василий Николаевич, — стал оправдываться Солома.

— Не пыли, — перебил его Бриллиант.