Пристегнитесь, пожалуйста

В воздухе плавала пыль. Стоило шевельнуться, как ее поднималось все больше. Поэтому шевелиться не хотелось вовсе.

– Удачного утра.

Она вздрогнула и обернулась. Энди.

– Привет. Ты откуда?

Девушка поправила блестящий колпак, прикрывавший голову:

– Я же не могу пропустить такое веселье, правильно?.

– Как вы себя чувствуете, Фора? – спросил Браун.

Та повела головой в его сторону. Чихнула.

– Пыль. Интересно, сколько ее теперь у меня внутри?

За окнами начинало светать. Или это только так казалось... Фора отлипла от стены, у которой заснула, кое-как поднялась на ноги и прогнулась, держась руками за поясницу.

К примеру, сдохнуть.

– Фу, – сказала Фора себе. – Нельзя. Подожди до дома.

– Что? – переспросил Браун.

– Ничего... Поесть у нас есть что-нибудь из еды?

Браун встал и подал Форе большой термос и что-то вроде сосиски в тесте, обернутое целлофановой пленкой.

– Спасибо, Браун. Вы просто волшебник...

Браун поднял ладонь – и над ней вдруг заплясала темно-фиолетовая сфера.

И фиолетовые огни плясали в глазах Брауна.

– Ой... чень красиво. Можно я отойду? – спросила Фора.

Браун сжал кулак – и вся эта красота исчезла. Стало даже немного жаль.

– А зубной щетки у вас нет, господин волшебник?

Браун хлопнул себя по лбу. Той же ладонью. Фора даже испугалась.

– Вот что я забыл!..

– Ладно. Обойдусь. К Норт я пока не хочу, а больше ко мне никто не клеится.

– Это пока, – заметил Браун.

Фора поперхнулась куском хотдога. И тему решила не развивать.

В дверях показались кошки, вернувшиеся с ночного променада по помойкам. Поздоровались и чинно уселись в сторонке, дожидаясь, когда их расфасуют по сумкам – решено было, что ни к чему им таскаться в одном рюкзаке. Главное – никого не потерять по дороге.

Браун подошел к Форе и, проникновенно глядя ей в глаза, протянул пистолет-пулемет. Молча, подлец.

– Слушайте, вы, в... волшебник. Я же сказала вчера, что пользоваться им не умею. Отстрелю вам волшебную палочку – что делать будете?

Браун улыбнулся:

– Стреляйте внимательнее. Цельтесь либо в воздух, либо в... как вы их называете?

– Кого?

– Гвардейцев.

– А... Ну, космонавтами.

– Вот в них, пожалуйста.

– Их никому не жалко, да?

– Урона вы им не нанесете, – пожал Браун плечами. – Только психологический. Для серьезных повреждений у нас будет особый человек.