Больше никаких сделок с М

Незнакомец в зеркале засмеялся.

– Нет-нет, – сказал он, – и не старайтесь, я не буду повторять за вами все эти дурацкие жесты. Вы знаете что? Вы выпейте прямо сейчас своего вина, или что там у вас, а потом спокойно поговорим. Да, у меня тоже есть к вам вопросы.

Не отрывая взгляда от незнакомца, который, в свою очередь, не отводил от него своих насмешливых глаз, Гранин ощупью, проливая мимо, плеснул в чашку из бутылки и торопливо выпил. Судорожно сглотнул. Если это сон, подумалось ему, то неплохо было бы ему уже закончиться.

– Нет, это не сон. К большому моему сожалению, – незнакомец развел руками. Похоже, он легко и даже бегло читал чужие мысли. – Но я очень надеюсь, что вам стало полегче.

– Да нормально я, – ответил Гранин, отдуваясь, – нормально. Но в горле все же что-то предательски хрипело, поэтому он поторопился спросить: – А ты, собственно, кто!

– Вы уже спрашивали, и это хороший вопрос, – лучезарно улыбнулся незнакомец. – И, главное, правильно поставленный. Но ответить на него не так просто, как могло бы показаться.

– А ты попробуй, – посоветовал гостю Гранин. Первая растерянность была преодолена, и он, по старой привычке уличного бойца, внутренне подобрался. – Попробуй, – повторил, – я сообразительный... Соображу...

– Я знаю, – согласился гость. – Но дело не в сообразительности, а в восприимчивости к некоторым вещам, которые, так скажем, не являются общепринятыми истинами. Вот вам-то, казалось, и объяснять ничего не надо бы, однако, приходится. Ну, хорошо, попробую.

– Что-то ты путанно изъясняешься, – недоверчиво протянул Гранин. – Я как-то по всем этим моментам, – ангелы, там, и прочее – как-то не очень,

– Вот! Вот! – воскликнул в зеркале по виду человек, а по сути, как он себя определил, ангел. – Я же предупреждал. Придется все же, видимо, начать издалека.

– Валяй. И можешь не скупиться на подробности. Время у меня пока что есть.

– Я знаю, – вновь намекнул на свою осведомленность ангел, – и поэтому я здесь.

– А где, кстати говоря, здесь? Я как-то теряюсь в догадках...

– Я имею в виду, что разговариваю с вами напрямую. Непосредственно, так сказать. Вкладываю слова в уши, а не в сознание, как обычно. Хоть нам и запрещено это делать – официально.

– Вот как даже, официально. Ты словно сотрудник неких компетентных органов, даже интересно становится. Но я спрашиваю, где ты находишься, в смысле, физически. Телесно.