Трубы Тегваара

Я сейчас, быстренько душ приму и подтянусь, – с этими словами он исчез за дверью ванной…

А когда через пять минут вернулся в комнату, был приятно удивлён, обнаружив на придвинутой к сложенному и застеленному покрывалом дивану табуретке два больших стакана, до краёв наполненные пивом, пару стопок с водкой и горку, выпотрошенного из упаковок, угря между ними. По настроенному на «Матч» телеку транслировался футбол английской премьерки «Арсенал»-«Ливерпуль». Судя по отсчёту времени в углу экрана – игра только-только началась.

– Вот за что я тебя всегда уважал – умеешь ты, Серый, праздник организовать, – похвалил друга Стёпа, плюхаясь рядом на диван. – По какому поводу гуляем?

– Пришёл в квартиранты к тебе проситься, – повинился Сергей. – Приютишь на пару дней?

– Да базара ноль! Живи хоть неделю, – махнул рукой Стёпа. – Ну давай, по маленькой, за встречу.

Они накатили по стопке, запили пивом, закусили рыбкой. Стёпа принёс на табуретку пепельницу и сигареты. Друзья закурили и продолжили неспешную беседу.

– Чем на этот раз отмороженной не угодил? – спросил Стёпа, стряхивая пепел с кончика сигареты.

– Мля, ну просил же, не называть ее так.

– Извини, сорвалось… Так из-за чего поцапались-то?

– Да, блин, как всегда! У нас же одна тема для скандалов, сам знаешь, – отмахнулся Сергей и отпил из своей кружки.

– Ну, брат, женская ревность – это бедствие, сопоставимое разве что с пожаром.

– И не говори, во она у меня уже где сидит. К чёрту всё, надо разбегаться со Светкой.

– А мы с парнями давно тебе это втолковывали.

– Да фигли вы уговаривали, – возмутился гость, разминая в пепельнице окурок. – Нужно было связать по рукам и ногам, когда в загс с этой дурой собрался, а не уговаривать.

– Это ты сейчас такой женоненавистник стал, а тогда задрал всех нас своей Светочкой. Как такого удержишь, – развёл руками Степа.

Снова выпили, запили, закусили, и затянули по очередной сигарете.

– И к кому она тебя на этот раз приревновала? – снова первым возобновил беседу Степа, выпуская из носа две струйки белого дыма.

– В том-то и прикол, что даже не к кому, а к чему, – поплакался друг.

– Да ты чё? – расхохотался Степан.