Холод наших сердец

Кто-то начинает заикаться, кто-то седеет, как наш последний свидетель… Ничего критичного.

— Господа, вы совершенно потребительски относитесь к людям. «Ничего критичного…» Не премину напомнить, что банальное же заикание может стать весьма досадной помехой в карьере того или иного рода.

— Жан-Пьер, не перебивайте. Мы ценим ваше сердечное участие в проблемах вида Homo sapiens. Несколько странный альтруизм, конечно…

— Никакого альтруизма, господа. Исключительно забота о популяции. В конце концов, надо же нам присматривать за, так сказать, «субстратом»?

— Дело ваше.

— Да, конечно. Если в группе более одной женщины — пропадает та, которая оказывается ближе к эпицентру явления. Статистики у нас мало, конечно…

— Что не может не радовать.

— Не спорю, но с чем прикажете работать?

— С фактами, коллеги, с фактами. Что по видеозаписи?

— О, это настоящая находка. Аналитики предполагают, что засветка в кадре совпадает с той, которую даёт источник радиации умеренной интенсивности.

— Как бишь его… Борис, кажется? Вы стёрли ему память?

— Нет нужды. Он сам согласился с тем, что ему никто не поверит, и пообещал, что если вспомнит какие-то подробности — обязательно сообщит.

— То есть, вы предполагаете, что после разговора с вашими специалистами он мог что-либо утаить?

— Я предполагаю, что стресс, который он пережил, оказался всё же сверхъестественной природы. Мне полагается так предполагать. То, что мы ничего конкретного не обнаружили, ещё ни о чём не говорит.

— А вот это верно. Фома. Вы молодец. Мне нравится эта ваша паранойя — везде видеть происки зла, заговоры тёмных сил, шевеления древних богов…

— Прекратите паясничать, Жан-Пьер.

— Прошу простить, господин канцлер. И вы меня простите, Фома.

— Не стоит. Паранойя в моём случае — это комплимент.

— Хорошо, что вы это понимаете. Так вот, господа, знаете, что мне это всё напоминает? Вихт.

— Вихт? Вы серьёзно?

— Жан-Пьер, вихт — это миф.

— Занятно, что вы уточнили, Фома. А вот господин канцлер воспринял мои слова всерьёз, как я погляжу.

— К сожалению, да. Это не миф. В наших архивах…

— Ох уж мне эти ваши архивы! Всё-то вы секретничаете, всё-то вы таитесь! А потом я чувствую себя идиотом, мои аналитики чувствуют себя идиотами… Прошу простить, не сдержался.

— Не стоит. Вопросами секретности занимаюсь не я.