Дорасти до неба

Ковра у меня не нашлось, так что убийцу просто и незатейливо замотали скотчем. Саныч тащил его на плече, следом топал Ромка, а позади всех спускалась я. В карманах куртки лежали документы и все деньги, лежавшие в доме. В сумке – кинжалы, конспекты, перекусы и смена белья из расчета пары дней, а за пазухой – Марк. Котенок был не слишком доволен тем, что его вот так вытащили из дома и недовольства свое активно выражал. Вот только на этот раз его мнения никто не спрашивал.

Внизу Ромку пропустили вперед. Он тихонько, не зажигая фар, подкатил свою «четверку» к подъезду и открыл багажник.

- Сан Саныч! – подала я голос, едва машина вырулила из двора на пустынную ночную улицу.

- Чего, Тася?

- Раз уж Ромка влез в это дело с головой, надо ему все рассказать.

- Пожалуй, - согласился Саныч.

- А ты водить умеешь?

- А то!

- Тогда сядь за руль, а то я боюсь, что после моего рассказа мы никуда не доедем.

- Сперва к карьеру, а там – посмотрим. Скорее всего, вы зависнете в мастерской, а я – у Томилина.

Ромка остановил машину, тренер сел за руль, а мой кузнец – ко мне, на заднее сиденье. Машина тронулась, и я начала свой рассказ. О снах, о волшебнице Мирланде из Далайна, о магии, о герцоге Аргайле и его волках, один из которых сейчас лежит у нас за спиной.

Пожалуй, я переоценила хладнокровие Саныча. Едва он услышал, кто приходил нынче ко мне в гости, как машину повело в сторону, заскрипели тормоза, но, кажется, обошлось: с дороги мы не улетели, только встали поперек полосы.

- Сан Саныч! – забеспокоилась я. – Что случилось?

- Да нет, ничего, - отозвался он, со сдавленными матюками пытаясь завести двигатель и убрать машину на обочину. Наконец, ему это удалось.

- Тась, - спросил меня Ромка, - ты уже все рассказала?

- Все.

- Тогда давайте я снова сяду за руль.

Пересели еще раз. Машина тронулась, а Саныч, обернувшись ко мне с правого переднего сиденья, спросил:

- Тася, это точно он?

- Точнее не бывает.

- Как что? Вдумчиво поспрошать, узнать все, что он знает.

- Не выйдет, - вздохнула я.– его можно только убить или сдать в полицию, чтобы там тоже поглядели на этого мутанта. Волки не имеют своей воли, они подчиняются хозяину.