Я убил Бессмертного - Том 1

По крайней мере, попробовать стоило, ибо какие ещё у неё варианты? Возвращаться к семье и Вальтеру? Нет уж, спасибо, лучше ещё десяток лет слушать истории Сената.

Однако и позволять ему вот так тащить её на плече, чёрт знает куда, тоже было нельзя. Нужно было подать ему знать, что она уже пришла в сознание, что…

— Стоять!

Герда хмыкнула про себя, слегка приоткрывая глаза. Ведь это... отряд, посланный за ней, так? Много, очень много солдат, да и снаряжение не подкачало. Выглядит, как небольшая армия. Ох. Видимо, отец всерьёз перепугался, сообразив, что на кону стоит сохранность сделки с его любимыми демонами.

Во всяком случае, всех этих солдафонов он собрал здесь не из-за отцовской любви – и Герда совершенно не хотела попасть к ним в руки.

К счастью для неё, отца ждали плохие новости.

Артур Готфрид – насколько она изучила его по рассказам Сената – всё равно будет круче вас. Счёт, должно быть, идёт на секунды, вот-вот должны раздаться крики агонии, и...

Но они почему-то не раздавались.

Что-то было не так.

Если отталкиваться от слов Сената, к этому моменту Артур Готфрид должен был уже выпустить саму тьму, чтобы заставить противников умыться кровавыми слезами – всё, как он любит. Так почему же он медлит?

Да нет, а что, если он выжидает момент, чтобы накрыть всех одним ударом? Как в той попытке убийства бессмертного, о которой ей рассказывал Сенат...

Секунды тянулись, и пустая надежда на то, что всё случится именно так, улетучивалась из сердца Герды Крейн.

Он... подчинился им. Сдался. Как последняя тряпка, аж слушать было противно.

Нес что-то невразумительное, а затем... отдал её солдатам.

Куда, зачем? Стоп, она не хочет!

Но все её ожидания и надежды лопнули окончательно, как мыльный пузырь, когда её коснулись холодные руки какого-то солдафона. Первое впечатление оказалось верным – перед ней был просто новичок с монтировкой, должно быть, услышавший часть разговора с Сенатом.

Одно хорошо – то, что она не успела подать виду, что уже в сознании.

Сейчас со всей доступностью стало ясно, что с проблемами предстоит разбираться ей самой – как и всегда, впрочем.

Так что лучше и дальше не подавать признаков жизни – пусть её унесут подальше от основной группы.

Мысли о том, какой же она была дурой, понадеявшись на то, что кто-то одним щелчком исправит её проблемы, никак не хотели выветриться у неё из головы. Наверное, она просто прониклась рассказами Сената – слушать такое двадцать часов без перерыва не шутки, вот у неё и... сместился прицел сознания.