Я убил Бессмертного - Том 1

Всё шло гладко. Подозрительно гладко.

Пули свистели со всех сторон от меня; крики несчастных, которых разрывали на части адские гончие, заглушали даже звуки выстрелов, а я... был невредим.

Нет.

Да нет же.

Так не бывает.

Вот парень с ирокезом – Винни, кажется? – полз по земле, оставив позади обе ноги и половину руки как закуску для тварей. Вот они прыгают вперёд, добивая его. Вот я пробегаю в метре, челюсти очередной гончей щёлкают рядом с моей ногой... и ничего.

Точно не бывает.

Вон ещё один «Гризли» с криком «Барни, ты должен жить» пытается вложить кишки в живот своего товарища.

Пёс, что нацелился на обоих – и умирающего, и ещё живого – прыгает, пролетает прямо надо мной и... ничего, его как не бывало.

Неужели?..

Вот целая автоматная очередь подняла новый столб пыли и каменной крошки. Пули явно были не обычные – иначе не сносили бы целые куски каменной стены, опоясывающей город. Выстрелы просвистели буквально у меня над головой... и снова ничего.

Так... бывает?

Как бы там ни было, меня это полностью устраивало.

Выход из города был буквально в двадцати метрах от меня; за ним – Туман, где меня можно искать бесконечно долго, и...

Балу с полу-рёвом, полу-вздохом вырвался прямо передо мной, размахивая своим дробовиком. Лицо командира было в крови, на экзоскелете виднелись следы от укусов демонических челюстей, но этот титан всё ещё был жив и глядел на меня, еле дыша от ярости.

Я затормозил, глядя в ответ.

Чёрт, как не хочется... но всё-таки придётся это признать.

— Сенат, - выдохнул я, - выходи уже, а?

Ну, я почти не удивился, увидев, как на моей одежде появляются пасти и глаза, а сама она окрашивается в мазутно-чёрный цвет. Не удивился и не напугался... чего не скажешь о Балу.

Лицо здоровяка вытянулось, и он почти машинально выстрелил из дробовика прямо мне в грудь – в упор.

Ничего.

— Прости, папа-медведь, - заметил я, выхватывая у будто завороженного Сенатом Балу дробовик, - но пора уходить в спячку.

Выстрел – и командир «Гризли» рухнул вниз со снесённым черепом.

Путь к воротам был свободен, но я не спешил уходить; прислушавшись к пальбе, рычанию гончих и вою людей на спиной, я оглядел собственный наряд. Пасти и глаза плавали по нему, как по воде.

— И когда ты успел залезть в мою одежду? – уточнил я.

— Мы сделали это ещё во время погони, в пещере, - по-щенячьи отрапортовался Сенат.

Я злобно сощурил глаза и выдохнул.

— ТОГДА КАКОГО ХЕРА ТЫ МОЛЧАЛ ВСЁ ЭТО ВРЕМЯ?

— Мы обиделись, Артур Готфрид.