Её эльф

Толку-то от тебя теперь, Карина Витальевна, уж прости... И его в реальность не выведешь и сама того и гляди потеряешься.

И снова сердце сбоит. Другому врачу? Его? Да за что?!

- Ну-ну, не злись. Добра же желаю.

Карина чувствует, как от натянутой улыбки сводит скулы:

- Что вы, я не злюсь. И уверяю вас, я отношусь ко всем пациентам абсолютно одинаково и профессионально. Но мне надо работать, Степан Аркадьевич. Вы пришли по делу или просто от скуки?

- Ах да, завтра приедут из Москвы. Консилиум будут устраивать по поводу вашего эльфа, что с ним делать и куда девать.

Родственников же его так и не нашли. Может, придётся передать его в другую клинику. Но это завтра. Нужно подготовить всю информацию по его предварительному диагнозу.

Карина кивает, осторожно опускаясь в рабочее кресло, и даже не слышит, как уходит коллега.

Завтра решится его судьба.

А вопрос её профессионализма как молодого, но подающего надежды психиатра, кажется, решается уже сегодня. Действительно ли в её сердце проснулись какие-то чувства к пациенту с прекрасными глазами и полным отсутствием адекватности? И, что куда важнее, действительно ли она позволила себе обмануться его спокойной уверенностью? В ответ на утверждение, что он всего лишь запутавшийся человек, когда все прочие пациенты начинали возмущаться и спорить, Иридель лишь сдержанно удивлялся, словно его пытались убедить, что земля плоская.

И снова рассказывал о своём умирающем мире. Да так, что вопреки всем заветам психиатрии и здравого смысла, Карина и вправду начинала ему верить. Хотя он даже не просил об этом.

«Вам не нужно мне верить, - повторял Иридель с усталой улыбкой во время очередной терапевтической сессии. – Вы можете всё увидеть сами. Я оставил свои вещи в том месте, которое ваши стражи эээ… порядка называли «парк». Они нашли их? Если мне их вернут, я мог бы показать вам…»

Полицейские не сообщали, что что-то нашли. Если они вообще искали. Он же псих, что ему верить…

Но что если вдруг там действительно что-то было? И это что-то можно найти? Пусть даже не как доказательство чуда, но хотя бы как источник информации об этом загадочном парне.

* * *

Карина внутренне посмеивается над собой, но всё же после работы отправляется на поиски, едва забежав домой переодеться. Впрочем, её одинокую съёмную квартиру едва ли можно было назвать домом.

Внутри у неё нарастает чувство своеобразного предвкушения, словно она действительно ожидает что-то найти. Но вступив в парк через кованые ворота, едва не чертыхается вслух.