Сказъ про царевича Симеона, Бабу Ягу и тайные службы

Небольшое волнение возникло от того, что ведьмы потребовали от Семёна задержаться, дабы проверить, как он изучает магию, но когда сам Семён согласился вернуться домой в ступе, начальник вздохнул с облегчением и умотал. А Симеон-царевич остался на растерзание двум ведьмам, которые принялись экзаменовать его на предмет усвоения сознанием той единственной страницы брюсова учебника магии, которую он сумел таки прочесть. Начала экзамен Яга:

– Ответствуй, царевич, что есть магия?

– Там написано, что магия это воздействие волей на.

– Короче, Склифософский! – подбодрила его Яга.

– Там сказано "созданный", а кем созданный?

– А, это! Тварный, имеется в виду, – отмахнулась Яга, но всё же соблаговолила пояснить: – Тогда ж все християне были, ну и Яша до кучи. К тому-то времени он уже пообтесался, но замашки остались. Тварный – это значит сотворённый ихним богом. Не только материя, но и субстанции духовные, умственные, по умному ментальные, эмоции и образы, по умному это астралом зовут.

Семён ответил сразу, благо уже успел об этом подумать:

– Для каждого действия нужна воля. Получается, что даже когда я открываю дверь, это тоже магия.

– Угу... – медленно и с явным удовольствием констатировала Яга. – А там дальше у него ничего на эту тему нет?

– Много есть, но как-то не понятно. Что-то про ясность мыслей, понимание.

– Да уж, загнул он там. Ты это разбери, обязательно, а я тебе подскажу: сейчас это называют осознанность. Чем выше осознание и чем острее направлена воля, тем больше в твоём действии магии. Ясно?

– Ясно! – радостно воскликнул Семён, но Яга его тут же загнула:

– Ничего тебе не ясно! Вот дома и подумай, что это значит, делать что-то осознанно? Сначала сам подумай, а потом обязательно разбери что там Яша про это написал.

На этом экзамен закончился и Семён засобирался домой. Уже забираясь в ступу, он уточнил у Славяны:

– Значит, можно считать, что тварный мир это тональ[2]?

Славяна резко развернулась, а если учесть сильно ограниченное пространство ступы, их лица оказались совсем близко. Настолько близко, что у Семёна перехватило дыхание.