Цена счастья

И так же, как невозможно было переубедить этих фанатиков, так же невозможно было отразить этот луч.

Все еще пытаясь ликвидировать одного из своих врагов, Страдание попытался хотя бы ослабить несущийся на него синий луч смерти, сформировав перед собой стену из “страданий в процессе” – мучений, которые испытывали люди на пути к цели. На помощь ему пришел и владыка лжи, создав на пути луча толстую стену цвета темного оникса, сотканную из лжи людей, старавшихся помешать другим достигнуть чего-то. А в качестве финальной линии обороны, вокруг тел демонов был возведен обсидиановый барьер из Великой лжи – темного аналога ложной истины, созданной на основе ложной уверенности, в данном случае в собственной безопасности.

Госпожа страхов тоже попыталась приложить силы к защите коллег, но изжигаемый страданиями Кристап Урбонас сформировал в руках кинжалы из чистого золота, а точнее из людской решимости защитить свое счастье несмотря ни на что. Вынужденная отвлечься на это нападение, Кейт сгустила перед собой вязкий пепельно-серый туман из людского страха провала, которым и попыталась отразить летящие в нее золотые клинки.

Луч ложной истины тем временем проломил ониксовую стену, сжег все страдания на своем пути и лишь темная обсидиановая кристальная оболочка продолжала, с трудом, сдерживать натиск престола истины. Закусив губу, демон страданий понял, что уничтожить владыку счастья ему уже не удастся, и решил покончить со старой, давно раздражавшей его занозой, Горев выдернул из Кристапа внушаемые ему страдания и создал из них блестящий, пульсирующий аметистово-золотой шар.

Два луча столкнулись и создали мощный взрыв, отбросивший обоих врагов в разные стороны усеянной дырами комнаты. Израненный, обожженный, страдающий от боли демон страданий лишь с помощью владыки лжи смог подняться на ноги, а в следующую секунду госпожа страхов окружила их пепельного света туманом.

Однако внезапно пол комнаты стал абсолютно черным. Непроглядная тьма быстро распространялась, и вскоре все доступное пространство, за исключением пятачков под ногами сражавшихся, будто растаяло.А затем, в центре этой тьмы появилась фигура девушки.