Цена счастья

– Для которого наше участие жизненно необходимо – продолжал мужчина.

– Именно. И я думал, что начальные успехи плюс вот это помогут мне вас убедить – улыбнувшись, Горев создал два крупных, размером с теннисный мяч, аметистовых самородка. То, с какой жадностью на них уставились его гости не могло не радовать Страдание.

– Это чистейшие страдания. Я знаю насколько они близки по духу со страхом, немного моих сил, и ты сможешь собрать вдвое больше человеческих страхов, Кейт. Ну а ты, Ким, можешь применить это как хочешь.

Душевные терзания могут как приумножить, так и уничтожить ложь.

– Твое предложение очень щедрое, особенно на кануне дня расплаты, но все же ты просишь сразиться с престолом...

– Не сразиться, а только прикрыть меня на какое-то время. Затем силы света вмешаються в драку, зачинщиком которой станет владыка счастья, и его покарают. Может нам еще что перепадет. Но главное, мы нанесем мощный удар по счастью. Счастливые люди, они не страдают, не бояться и не врут.

..

– Все люди врут.

– Хорошо, так хочешь правды, мастер лжи? Тогда вот: возьми мою плату и побудь наемником, прикрывая мне спину.

– Хорошо – пробормотал на это Ким, демон лжи.

– И я в деле – удивительно легко согласилась Кейт, госпожа страхов – разрушим счастье людей в новогодние праздники.

– Кореец, американка и белорус, великий альянс, который заставит силы света содрогнуться.

– Или нет – формально предсказание будущего тоже в какой-то мере было ложью, так что демон лжи не мог не вставить свои пять копеек.

В ответ на это демон страданий лишь пожал плечами.

– По крайне мере я верю в то, что это рождество станет худшим днем в жизни владыки счастья.

**********************************************************

Его шаги гулко разносились по пустующему, завешанному рождественской мишурой зданию Вашингтонского Центра психологической помощи Кристапа Урбонаса. В тусклом, красно-зеленом свете все еще работающих гирлянд бледное, наполовину скрытое за не снимаемыми даже в полутьме солнцезащитными очками, лицо Всеволода Горева напоминало лицо мертвеца.

Внимательно приглядевшись, можно было заметить легкие завихрения темного тумана, окружающего его фигуру. Он под завязку напитался страданиями, целую неделю преодолевая отдачу, и теперь с мрачной решимостью готовился предстать перед раненым, озлобленным, и невероятно сильным хозяином здания – одним из престолов света, Владыкой счастья Кристапом Урбонасом.