Напряжение: том 3. Коронный разряд

— Поверни, — добавил я просительно и мягче.

— Ладно, сделаем круг, — проворчал он, выруливая и медленно двигаясь вдоль заставленных с двух сторон рядов.

Неожиданно в двух метрах от нас ожил двигатель габаритного белого микроавтобуса и выехал, освобождая нам место.

Отличное место, надо сказать — в сорока метрах от главного входа. От такого чуда кто-то даже выскочил из машины, надеясь занять место собственным телом. Но, углядев номера на машине Артема, с досадой остановился.

— Хочешь сказать, у тебя все распланировано? — покосившись на меня, запарковался Артем.

— Смею на это надеяться, — ответил я ему улыбкой.

— То есть вообще все? Куда нам идти, как, к кому?.. — не отрывая от меня взгляда, открыл дверь со своей стороны друг.

— Есть такое, — выбрался я из машины.

— Раньше ты любил неопределенность.

— В спокойствии и размеренности есть свои преимущества, — прищурился я на солнечный свет и повернулся: — Документы не забудь.

— А твои где? — достал он из машины укладку бумаг.

— В приемной комиссии, разумеется.

— Ну-ну, все просчитано, все учтено, — хмыкнул он. — Сколько у нас еще времени?

Мурлыкнул дважды брелок в руках Артема. Никогда он ее на сигнализацию не ставил — и вот...

— Полтора часа.

Полтора часа — это до момента открытия регистрации на первый экзамен. Статус Артема позволял его там же и «сдать», как и все остальные, которые будут позже. Но общего порядка никакой титул не менял.

— Быстро мы, — повернулся Артем в сторону площади и посмотрел с высоты роста на деловитую и чуть нервную суету абитуриентов, — могли бы что-нибудь посмотреть интересное по пути.

— Вон смотри, — указал я на площадь. — Самое интересное в Москве — это москвичи, — произнес я убежденно.

И смотреть действительно было на что. Наверное, когда прическа в Москве может стоить со среднюю месячную зарплату в нашем княжестве, так и должно получаться — необычный вид, необычные одежды, стили, цвет волос, бижутерия, линзы в глазах. У парней.

И все они — с книгами, конспектами, стоя на ступенях или на брусчатке площади, сидя на траве или на парапете, привалившись к стенам «храма науки»... Ощущение возбужденного предвкушения и легкомысленной радости последним теплым дням лета.