Напряжение: том 3. Коронный разряд

Не дело сиятельным, стоящим во главе, заниматься лично, каким бы ни был дар.

Но сама постановка задачи, основанная на собственной ошибке, сформулированная криком и матом высокого начальства, выводила исполнителей из себя. Била по нервам и болезненно царапала фактом, что их поймали за руку. До сих пор успокоиться не могут.

— Я так понимаю, они не хотят тебе помогать? — вновь оглянулся Артем назад.

— Им срок поставлен, личные желания никого не интересуют.

— Тем не менее…

— Тем не менее, — повторил я за другом, — посадить им проще и привычней, чем сделать дело.

— Сильно ты их обидел.

Я только головой покачал, не желая спорить. Всех отчего-то обижает, когда не получается что-то отнять у меня.

— А как их шефы отнесутся, если тебя посадят?

— Да никак, наверное, — пожал плечами.

— Но подарок…

— Если за дело — им все равно будет, думаю. Никакой подарок не спасет. Разве что проверят все обстоятельства дела, чтобы успокоить честь и забыть обо мне навсегда. Но если во время проверки не найдут оснований для заключения под стражу, то выходит, что уже их подчиненные нарушают приказ, уклоняясь от порученного.

— Странно у них там все…

— Кто бы говорил, — хмыкнул я в ответ, вновь посмотрев на часы. — В общем, потому и катаются за мной.

— Лучше бы работали…

— Они уже не успевают до срока, — отвернул я в сторону, на асфальтовое ответвление под железным навесом с надписью «Грузовые ворота». — Одна надежда — убедить меня дать еще неделю.

— Могут ведь и подкинуть чего, — переживая за меня, добавил Артем, не обратив за разговором внимания на смену маршрута.

— Так подкидывали, — пожал я плечами. — Представляешь, тормозят меня на посту, не дают выйти из-за руля, а через пять минут — «откройте багажник». В багажнике внезапно — упаковки белого порошка россыпью, килограмм под десять. В общем, твой Копперфильд отдыхает. И позади, как назло — целый автобус с туристами в качестве понятых.

— Шутишь, что ли? — усомнился друг.

— Честно говорю, так и было, — медленно рулил я через лес по избитой колдобинами дороге.

— Тогда почему ты здесь?

— Оказалось, что в автобусе были пациенты сумасшедшего дома. Все до единого. В итоге двадцать подписей под протоколом осмотра признаны недействительными. Кроме этого, во внутренней части багажника обнаружена сорванная пломба с гербовой печатью, подписью и датой скрепления.