Океан уходит, океан приходит

А потом они встретили Эсси, и выяснилось, что он тоже странник. Кэй сказал, что в этом нет ничего удивительного — странники неосознанно чувствуют друг друга.

На втором же уровне все было совсем по-другому. Эти миры были куда меньше, чаще всего в них обитал всего один народ, иногда два-три, реже − больше трёх. При этом странников было много, а остальные люди обычно прекрасно знали о существовании других миров. В некоторых особенно продвинутых мирах все эти странствия даже изучались, словно отдельная наука, а странники тщательно обучались, велся учет рядом находящихся миров и их координат, порталы тщательно контролировались.

Из-за немногочисленного населения и небольшого размера мира очень многое зависело от тех, кто стоит у власти, какие настроения там гуляют, на каком уровне развития находятся люди. Здесь, как нигде, можно было с легкостью создать рай, где все счастливы, или, наоборот, устроить такую жуткую антиутопию, что никаким писателям-фантастам и не снилась.

Миры третьего и четвертого уровня были совсем маленькими, там довольно редко встречались живые существа и еще реже — разумные живые существа.

Тут все могло походить на помещение — как в случае с комнатой из перьев. Мир мог выглядеть как парк, или лес, или пустыня. И именно тут была самая настоящая феерия абсурда. Здесь все было жутко нелогичным, нарушались все возможные законы физики, биологии, да всего на свете. Земля, небо, растительность могли быть какого угодно цвета и вида, можно было погладить луну, запутаться в облаке, дерево могло неодобрительно нахмуриться при виде тебя, но реальных опасностей тут почти не встречалось.  

Вся их компания очень любила эти уютные нелепые мирки. У каждого из них был свой любимый. Эсси, например, очень нравился тот, где были длинные бетонные коридоры, на земле росла шелковая серебристая трава, а вместо потолка было ночное небо. Стены были шершавые и теплые, и кто-то, может быть, такой же странник, как они, оставил на них довольно-таки симпатичные граффити, а по траве скользили многочисленные заводные паровозики — такие, каких сейчас уже не делают, словно неожиданный теплый привет из прошлого века.

Чаще всего они путешествовали через вход, который был в банке с кисточками Налии. Врата в другие миры зачастую оказываются скрыты в самых обычных вещах. Налия никогда не мыла кисточки, которыми рисовала медуз, да и сама банка была вся в разводах от акварели. Было занятно наблюдать, как изумрудно-зеленое дно банки плавно переходит в небо над городом.