Самватас: Вороний предел

Спустя несколько минут дверь распахнулась. Изнутри лился теплый желтый свет. Ида снова закрыла глаза.

– Благодарю, гвардеец, – сказал женский голос. Серая рука ослабила хватку. Ида покачнулась от неожиданной свободы, но ее тут же перехватили и потянули внутрь. Хлопнули двери. И только тогда она решилась снова открыть глаза.

Перед ней стояла маленькая женщина – ненамного выше самой Иды. Волосы были сплетены в две густые чёрные косы, лежавшие на плечах. Серое льняное платье пестрело вышитыми колосками и цветами.

– Меня зовут Надежда Данговна, деточка. Я здесь наставница. Добро пожаловать в Дом Потерянных Детей. Больше тебе не будет холодно, голодно или одиноко. Здесь мы заботимся обо всех детях, которых потеряли. Как тебя зовут?

– Ида. Меня не теряли. Я сама ушла. У меня важное дело.

– Важные дела точно подождут до утра. Сейчас мы тебя умоем, накормим и уложим спать. А утром я тебе покажу Дом и расскажу, что здесь к чему. Пойдем?

Ида стояла, насупившись, засунув руки в карманы.

– Ну же, Ида.

Тебя здесь никто не обидит. Обещаю тебе. Давай, пойдем со мной.

Нужно было, наверное, заплакать. Или закричать и попытаться убежать. Но у Иды больше не было сил. Поэтому она просто позволила отвести себя внутрь. Маленькая женщина отмыла ей лицо жестким и пахнущим мылом полотенцем – и где только она успела испачкаться? Затем они долго петляли по полутемным коридорам, пока наконец не попали в огромную кухню. Иде дали хлеба с сыром и стакан молока. Она выполняла все указания, чувствуя себя безвольной тряпичной куклой.

Снова хитроумное сплетение коридоров и поворотов, лестница наверх, и, наконец, Ида оказалась у огромной белой деревянной двери с резными узорами.

– Спальня девочек находится в правом крыле, – пояснила Надежда Данговна, отпирая дверь. – Но мы же не хотим всех перебудить, верно? Так что сегодня поспишь у меня в кабинете на кушетке.

Кабинет оказался небольшой комнатой с книжным шкафом, письменным столом и странным диваном с изогнутой спинкой и копытцами вместо ножек.

Все внутри было белым-белым, как будто пока здесь никого не было, в окно ворвалась метель и замела комнату от пола до потолка.

На белую кушетку наставница постелила белую простынь, которая до того пряталась неизвестно где. Из ниоткуда же появились белая подушка и белоснежное одеяло. В это великолепие Ида забралась как была – в одежде и обуви.

– Хорошо бы это был просто сон, – успела подумать она. А потом по-настоящему уснула.