Самватас: Вороний предел

– Спуститься?! Серьёзно?!

– Не ной. Ты же большой.

– И мокрый.

– На меня тоже капает!

Лестница оказалась ржавой конструкцией из тонких железных труб, сброшенной кем-то в колодец. Бетонные кольца уходили во тьму внизу, по ним водопадом струилась вода и журчала внизу. Сверху тускло светил очередной люк.

– Может, ну его? – спросил Рыжий. Ида только сжала когти.

Он вздохнул и полез. По спине стекала вода. Пальцы леденели. Полтора метра вниз по скользким ступеням, и в стене открылся ход.

– Держись, пернатое, – охнул Рыжий и нырнул в стену воды.

В коридор вышли мокрые до нитки. Девочка тряслась всем телом, Рыжий стучал зубами в такт. Несмотря на сырость снаружи, этот коридор был довольно сухим. Под ногами шуршало, шелестело и щелкало что-то, похожее на бумагу и пластик. Идти приходилось всё так же на ощупь.

– Уже близко, – сказала Ида почему-то шепотом.

Рыжий промолчал. Он весь превратился в комок нервных точек. Лишенный зрения, он необычайно остро ощущал запахи и звуки. Тело противилось разуму, инстинкты требовали пригнуться, сжаться и выбираться как можно скорее на поверхность.

Поворот, ещё поворот.

Запах.

Он замер, прислушиваясь. Темноту разбивал лишь дробный стук Идиного сердца да отдалённая капель. Пахло смертью – застарелой, лежалой смертью. Падалью.

Трясущимися руками Рыжий полез в карман кофты. Нащупал пластиковую зажигалку. Потряс, выливая воду. Потёр об джинсы колёсиком. Раз, другой, третий.

Неверный огонёк на секунду осветил груду разномастной одежды и обуви – женской, мужской, детской… Вещей было так много, что к концу тоннеля гора доходила до потолка.

И эта гора шевелилась.

Огонь погас.

Рыжий никогда не считал себя трусом, равно как и храбрецом. Но накатившая изнутри волна ужаса не имела ничего общего со страхами, известными обычному человеку. Это было чистое и ясное чувство, древнее, как сама жизнь. Так ощущает себя жертва перед оскаленной пастью хищника. В такие моменты природа диктует замереть, притворившись мёртвым, или броситься наутёк из последних сил.

Он покашлял, прикусил нижнюю губу и нарочито весело спросил в темноту:

– Здрасте! У вас не найдётся закурить?

– Молчи, идиот, – прошипела Ида ему в ухо.

Темнота перед ними двигалась, скрипела и хрустела. Мужчина и птенец ощутили, как нечто приблизилось к ним вплотную. Их окатило волной удушливой вони. Видимо, нечто зевнуло.

– Ужин пожаловал? – захрипела темнота. – Давненько, давненько…

– Это вы – хранитель? – спросила Ида. – Я пришла забрать голову.