Алая Кровь

Я вырезаю ножом на деревянном бруске

Имя твоё.

Мы с пацанами сидим на рыхлой, чёрной земле

И вспоминаем друзей, павших на этой войне.

И думаем об одном – что у кого-то из нас

Будет пуля в виске.

Война, бесконечная стрельба над головой

И лежит в сырой земле товарищ мой.

Талисман сжимаю крепко я в руке,

Тихо плача при луне.

Пишу тебе я – пойми, что нет моей здесь вины,

Что нет назад мне пути, я сам хотел бы уйти.

И я прошу об одном, о самом дорогом -

Любовь мою сохрани!

Нам предстоит завтра бой серьёзный и роковой.

Исполнив песню, Сергей отложил гитару в сторону.

– Ты классно поёшь, – улыбнувшись сказала Настя.

– Рад, что вам понравилось! Вообще, если честно, мне по началу очень тяжело давалась игра на гитаре, – признался Сергей. – Спасибо Сашке Евдокимову за то, что вечерами занимался со мной.

– Ребята, вы как хотите, а я ложусь спать! – зевнув сказала Танька. – Я просто валюсь с ног от усталости!

– Я, если честно, тоже! – ответила Настя, посмотрев на друзей уставшими глазами. – Мальчишки, вы спать идёте?

– Вы тогда ложитесь спать, – ответил Сергей, взглянув на часы, – а я останусь дежурить возле костра.

– Я, пока что-то, спать не хочу, – ответил Артём. – Нужно сходить ещё дров собрать. А вы, девчонки, отдыхайте!

– Хорошо, – ответила Настя. - Спокойной ночи!

– Спокойной ночи, мальчики! – сонным голосом сказала Синицына и, не спеша, направилась к палатке.

Проводив девчонок взглядом, Артём присел возле костра.

– Ты что нибудь узнал про багаевцев? – посмотрев на друга спросил Сергей.

– Так, в общих чертах, – ответил Артём. – Помнишь тех ребят, которых мы встретили возле входа в ДК?

– Ну да.

– Так вот, – продолжил Артём, – в тот вечер они серьезно наехали на этих уродов и прогнали их с дискотеки.

– А больше в тот вечер их никто не видел?

– Нет, – ответил Артём. – Серёг, ты реально думаешь, что они могут быть причастны к трагедии? Ты сам посуди, зачем им нужно было убивать Иру? Ведь она с ними никогда не конфликтовала и к нашим разборкам она никакого отношения не имела.

– Сомневаюсь я, – ответил Сергей, – что этот урод может кого-то любить, кроме себя. Ладно, не будем портить вечер! – Кобрин взглянул на затухающий костёр. – Я пойду схожу к просеке, нужно ещё дров принести.