Всего одно желание

– Спасти тебя – растягивая слова нехорошо, до ушей улыбнулся демон – зачем? Ах да, ты, совершенно непонятно почему, решил, что я буду тебе подчиняться, и ты был в этом так настойчив, я сам на какой-то момент в это поверил. Вот только я не джинн, я не обязан выполнять желания, я делаю это добровольно. Знаешь, выполнять ваши желания и наблюдать за страданиями так…надоедает. Мне нужен был новый вызов, сражение, в котором мне пришлось бы напрячься, ограничить себя, действовать нестандартно, почувствовать себя живым.

И вот, появился ты. Я мог бы просто отвернуться и пройти мимо, но ты задел мою гордость, бросил мне вызов. Это меня позабавило. И я решил, почему бы и не принять его. Убить тебя, выполняя твои желания. Да девчонка – повернулся он к Каролине – встань ты его, и я бы запомнил это, а когда игра бы мне наскучила уничтожил бы и тебя, и твоего брата, и Гильермо Сильву, решившего, что он выше и умнее демона Страданий. Ну а теперь я перестану поддерживать жизнь в твоем теле. Мы славно повеселились, но пора тебе умереть.

Кровь из раны заструилась быстрее, а кожа парня приобрела мертвенно-бледный оттенок. По щеке его скатилась одинокая слеза, а из рта, ушей и глаз заструился туман. Страдания умирающего. Весьма горькая, но очень питательная пища. Однако, с этим туманом было что-то не так. Почти на половину, он состоял из клубов дыма серебряного цвета, символа гордыни. Разумеется, Страдание и раньше видел страдание разбитой гордыни, но никогда серебренного не было так много.

Ему было даже жалко поглощать столь уникальные чувства. Лучше сохранить на будущее. Очень осторожно, подбирая примерно похожие страдания из тех, которые он еще не трансформировал в энергию тьмы, и совершенно наплевав на отдачу, он начал процесс кристаллизации, превращая газообразные страдания в твердые камни. Не обращал он внимания на хлопнувшую дверь, извещавшую, что захлебывавшаяся слезами Каролина Буэно покинула квартиру. Игнорировал и бездыханное тело Сильвы, лежащее перед ним на кровати, в исступлении рассматривая результат своей работы.

Вместо горсти аметистовых камней с серебряными вкраплениями, которые должны были образоваться после подобной процедуры, на его ладони лежал небольшой серебряный кулон, в форме глаза. Цепочка была серебряной, но щедро украшенной небольшими аметистами. В центре же кулона было… В центре была лишь выемка для камня, однако самого камня не было.

Страдание неотрывно смотрел на кулон.