Три дня весны

Растение закачалось с мелодичным звоном, желтые и сиреневые пятна поползли по черному шару, замерцала пыльца, перед глазами все поплыло.

Нет, он не потерял сознание, просто будто заснул на несколько мгновений, но при этом не упал, остался стоять.

- Ничего себе, - в какой уже раз за сегодня сказал Пашка, решив, что больше он трогать эти растения не будет.

Ну их.

Дальше ускорил шаг, помахал бабушке, чье обеспокоенное лицо маячило в окне.

- Все хорошо! – крикнул Пашка, и она кивнула в ответ.

Глянув в сторону перекрестка, туда, где их улица пересекалась с Маркса, обнаружил, что рядом с бело-голубым зданием «Буревестника» в небо поднимается огромное, похожее на дуб дерево, на первый взгляд куда выше самого большого дома в городе, с раскидистыми ветвями и корой цвета шоколада.

Забыв обо всем на свете, Пашка двинулся в ту сторону.

По Маркса ездили машины, прокатила маршрутка, лавируя между громадными цветами, что росли и здесь. Над каждым поднимался настоящий фонтан искрящейся пыльцы, и это было удивительно красиво.

Но дойти до дерева Пашке не дали.

Едва он миновал угловой дом, магазин «Продукты», как сзади прозвучал гнусавый, хриплый голос:

- Эй, мелкота, куда спешишь?

Пашка сжал кулаки, оглянулся, но замедлить шаг и не подумал.

Так и есть, вот он во всей красе, Андрюха Котлов по прозвищу Котел, пятнадцатилетний оболтус: огромная башка в рыжих кудряшках, глаза навыкате, нос картофелиной и тупая улыбочка.

Пашке этот тип всегда напоминал дикого человека из книги «Борьба за огонь» - нарядить его в волчьи шкуры, дать дубину и запретить мыться, чему, наверное, он будет только рад.

К счастью, сейчас Котел один, без банды шакалья, готового выполнить любой приказ вожака...

- Куда спешишь? Бабло есть, чо? – рыжий насупился, пошел быстрее.

Он промышлял мелким рэкетом со школьников по шестому, десятому и двенадцатому кварталам. Несколько раз его забирали в полицию за разбитые стекла, раскуроченные вывески и дурацкие надписи на стенах, но всякий раз он выкручивался, и отвечал кто-то другой из его компании.

- Не твое дело, - ответил Пашка, стараясь, чтобы голос звучал твердо.

Да, пару раз было, что и у него отнимали деньги, но никогда он не отдавал их сам, никогда не праздновал труса.

А сейчас Котел один, и это значит, что от него можно убежать.

- Да ты оборзел, мелкота! – и рыжий бросился вперед.

Но Пашка сорвался с места на миг раньше, свернул налево и помчался по тротуару что есть духу.