Ритуал. Эпизод первый

Василич — другого имени я не знал — был чуть ниже метра ростом, имел сморщенное, как печеная картофелина, лицо, и носил строгий черный костюм-тройку с туго затянутым галстуком, отчего походил на жуликоватого гробовщика.

— Дуй в микраху, своих опроси и жильцов тоже, может, кто видел чего или слышал. Доклад в управе, я там часа через два буду, не раньше.

Домовой смачно зевнул, после чего проскрипел с непередаваемой интонацией ветерана всех мировых войн:

— Уже бегу.

Удобно, когда есть безотказный порученец, на которого можно свалить большую часть рутины, подумал я, отворачиваясь.

Даже если выглядит он странно, способен появляться из воздуха, а принимая задачу, говорит и выглядит так, словно делает тебе огромное одолжение. Пока не привыкнешь, кажется, что в каждой фразе перевертыша таится издевка.

На самом деле Василич ничего такого ввиду не имел, просто голос у него такой. Теперь-то я уже не сомневался, что, получив приказ, он в лепешку расшибется, но выполнит его. Перевертышам трудно устроиться в социуме, который отринул прежний уклад жизни, так что за работу они держатся всеми лапами.

Отправил я его отнюдь не на поквартирный обход, с этим и квартальный здешний справится. Домовые будто самой природой предназначены для первичной оперативной работы. Малые расы держатся вместе, у них даже своя сеть для внутреннего пользования имеется. Если что-то известно одному, то станет известно всем — дай только время. Не факт, конечно, что в новостройках уже заселился кто-то из их племени, но тут уж как повезет.

Может, есть среди них чудаки, которые любят новое жилье?

Прежде чем порученец отправился выполнять собирать информацию, я услышал, как выматерился Полусмак — видимо, метаморф сменил обличье прямо у него на глазах. В собаку перекинулся, наверное, чтобы бежать быстрее. Обычно-то они так не поступают, не запрещено, просто зрелище не очень приятное. Кому понравится, когда безупречный костюм на глазах превращается в шерсть, а лицо становится зубастой мордой?

Но у моего Василича с экспертом давняя вражда.

Полусмак постоянно обвиняет домового в разных грехах: например, в том, что оный ворует части тел покойников из мертвяцкой «с целью последующего их богохульного пожирания» — цитата из одной его служебки. Домового — убежденного вегана, это страшно оскорбляло. Вот он и не упускает случая сделать ответную гадость.

Я уже три месяца в эту их войну старательно не вмешиваюсь. Мог бы остановить ее одной фразой, Василич бы послушался и пугать эксперта перестал.