Ритуал. Эпизод первый

Я ее не прерывал — вдруг что толковое бы сказала. Но нет. До тех пор, пока не добралась до «встречи» с неизвестными — ничего.

— И я смотрю, а там впереди свет такой, как могильный, на кладбищах в лампадках такой, бывает, горит. И фигуры чьи-то, две вроде. Я перепугалась, подумала, наркоманы какие-нибудь или еще кто, и от греха свернула с тропинки. Там, если уйти на Медведскую, кругом это место обойти можно. Крюк, конечно, с полкилометра, но лучше так, чем ночью с кем попало сталкиваться. Так ведь можно и до дома не дойти.

— Ясно-понятно, Мария Федоровна. А описать этих людей сможете? — без всякой надежды спросил я, уже успев разочароваться в свидетеле. Хотя кое-что важное она уже сообщила — убийц было двое.

— За полста метров ночью? — удивилась женщина. — У меня и в молодости такого зрения не было, а уж сейчас и подавно!

Тут мне на плечо легла крупная, поросшая серой шерстью, ладонь орка. Я недоуменно на нее покосился, а потом прочитал у него по губам: «Надо ехать к ней».

— Ничего, если я сейчас подскочу, показания под запись возьму, чтобы вам потом в город не ездить?

— А кто-то еще полицию нашу ругает, — хихикнула тетка.

Отключившись, я первым делом спросил Годроха:

— Нафига? Пустышка же.

— Ты вот на нас, Антон, ругался, что мы в сыскном деле ничего не соображаем, — ответил тот. — Это, может, и правда, но и ты вот в нашем такой же ноль. Свидетельница видела кого-то. Я из памяти могу это достать. Как с камеры с высоким разрешением. Вы, люди, даже не представляете сколько у вас в мозгу хранится.

— Едем! — хлопнула по столу эльфка. — Ноб, подгони машину.

После объяснения орка, у меня тоже включился зуд, который появляется у каждого следователя, когда он понимает — вот она, ниточка! Где-то по краю рассудка скользнула мысль: «Сегодня же с Ларой ужин!», но я отогнал ее как несвоевременную. Да и повод для ужина такой себе!

В начале восьмого вечера ехать из центра в Дашковку — не самый разумный план. Но не отказываться же было, едва установив более-менее рабочие отношения с новыми коллегами.

— Как собаку меня возят, — без тени улыбки пошутил Годрох, усаживаясь на ковер, скрестив ноги.

— Вот пригонишь свою из Британии, будешь ездить, как разумный, на мягком сидении, — парировал гном.