Одиночество и ворон

В большинстве своем это были французы — легкие, забавные, немного дурашливые, но очень приветливые и галантные. Были и такие как она, приехавшие сюда из других стран. Но все они говорили по французски, и Алена, в первое время, чувствовала себя изолированной. Единственным, с кем она могла общаться, был Ла Форет. Его русский был безупречен, граф объяснял это тем, что учил язык во сне, а там он дается куда лучше. Подражая Мишелю, Алена тоже начала заниматься французским во время сна, и прогресс пошел действительно куда быстрее.

Вскоре она уже начала сносно объясняться со своими новыми соратниками, хотя до понимания смысловых нюансов было еще очень далеко, и это обедняло общение.

Но ни отсутствие общения, ни его скудность, не доставляли Алене дискомфорт. Наполненность ее личного пространства была завораживающе прекрасной, а единственный ее собеседник полноценным и интересным.

Все это время Алена усиленно тренировалась. Она быстро научилась мгновенно засыпать по собственному желанию, и теперь большую часть дня проводила исследуя новый для себя мир.

К реальности она возвращалась в основном чтобы поесть, побывать на воздухе и заняться спортом, граф строго велел не запускать свое настоящее тело.

Коллективными силами членов ордена был организован сновидческий двойник поместья Ла Форета. Здесь оно предстало не удобным просторным домом, а мрачным средневековым замком на холме, видимо граф был истинным сыном Лангедока, отсылка к Монсегюру, последнему оплоту альбигойцев, была слишком очевидной.

Внутри замок представлял собой настоящую лисью нору — полный неожиданно откуда взявшихся комнат, потайных проходов и странных предметов, назначение которых оставалось до сих пор для Алены загадкой.

Это было пространство, где члены отряда могли спокойно тренироваться. Здесь и проводила большую часть своего дня Алена, обучаясь множеству новых умений.

Сейчас она стреляла из лука по мишени во внутреннем дворике. Каждый сновидец учился владению обычным оружием, особо уделяя внимание одному, тому, к которому у него была склонность.

Для Алены таким оружием оказался лук.

- Тебе надо было иметь морфеем Робин Гуда, - ворчал Ла Форет.

- Ну к моему морфею достаточно трудно подобрать соответствующие оружие. Хотя, возможно, бой с использованием косы выглядел бы очень эффектно.

Алена узнала за это время графа и воздала должное достоинством этого человека. Ей достался отличный начальник.