Белые птицы (книга первая)

А «прошлое» и «будущее» - всего лишь точки на графике, лишь эфемерные понятия, изобретённые людьми для более удобной ориентации в бесконечно меняющемся непрерывном потоке Бытия...

так, прошлое представлялось Мише в виде хвойного осеннего парка, вдоль тёмных аллей которого, под матово-атласной тканью зеленеющего неба, в волшебных круглых фонарях мерцают, тускнеют и угасают образы минувших дней; а будущее напоминало чистый холст, где  постепенно проступают наброски ожидаемых событий, пока, наконец, заполненная ими картина не оказывается, вспыхнув вдруг на одно короткое мгновение совершенством рисунка и красок, в одном из тех волшебных шаров, что освещают вечерние аллеи ждущего свой последний закат мира….

 Да, у нас есть лишь миг настоящего, и сквозь него, как через объектив кинопроектора, постепенно проходит, сматываясь в катушку памяти, временная лента всей нашей жизни».

фрагмент 3

На этой бесприютно отзвучавшей ноте можно было бы поставить точку, – Миша и сам так думал, убирая тетрадь обратно в шкаф после того, как несколько раз перечитав написанное, увидел, что за всё время так и не приблизился к настоящей цели своего исследования.

Но как-то вечером, когда до поступления оставалось немногим более недели, Миша решил вдруг отвлечься от уже изрядно опротивевшего ему заучивания билетов и вновь заняться припоминанием, на сей раз не ограничивая себя какими-то временными рамками.

Устроившись поудобнее и прикрыв глаза, он с упоением стал воскрешать в памяти те дальние поездки к морю и дачные ночёвки, где после ужина бабушка своим красивым, чуть дрожащим голосом выводила какую-нибудь протяжную песню, а считавший на крыльце увитой виноградом кухоньки первые звёзды Мишута старался ей подпевать…; вспоминал, как они с ребятами пускали во дворе самолётики, и его бумажный истребитель взмыл, подхваченный порывом ветра, выше шиферной крыши их пятиэтажки…; вспомнил, как однажды осенью заблудился в лесу, долго искал дорогу, сильно перепугался, но, выплакав слёзы, взял себя в руки, набрёл на какую-то тропку, шёл по ней с замершим сердцем, а когда завидел издали знакомые места, выронил сумку с грибами и окрылённый небывалой, неописуемой радостью мчался по вечереющему лесу домой к маме…

дальше на какое-то время воспоминания прерывались…

… и вот Миша снова пересекает мост и слышит, как где-то далеко внизу рокочут волны.