Не все девочки станут принцессами

Или ты задаёшь вопрос с подвохом, где врач – это на самом деле дедушка и поэтому он называет отца мальчиком, а не мальчика…

– Да, блин, – вклинилась Кристина, – это же его мама. Как у Мышкиной мама врач.

Соня заулыбалась так вызывающе, злорадно и ехидно, будто сообщила Розеткиной, что та уволена из девятого «А» класса.

– Такие мизгоистичные тупые шуточки, это одна из причин почему нам нужны феминитивы! – Розеткина быстрым шагом отошла в сторону как ошпаренная.

– Блин, ты сейчас втянула меня в какие-то глупые интернетовские разборки в реальной жизни, да? – раздосадовалась Кристина.

– Нет.

– Да стопудово! – она возмущённо всплеснула руками. – Могла бы не вести себя как сучка. Ты же всё время ноешь, что мужики козлы. Но когда она завела эту шарманку, то ты стала сыпать шуточками за двести.

– Неправда.

– Ты это… крывадушка! – заключила Кристина.

– Крывадушка? Типа лицемерка?

– Да.

Соня ничего не сказала. Она отвернулась, открыла тетрадку, заводила ручкой по чистому листу.

– Эй…

Соня не отвечала.

– Эй, слушай…

Учитель наконец-то пришёл в класс. Он честно попытался использовать небольшое оставшееся время урока. К разговору пришлось вернуться, уходя из школы.

Вся мистическая розовость дня давно улетучилась. Неглубокие лужи превращались в скользкие ловушки. Окна домов лениво загорались, не успев свыкнуться с тем, что дни становятся всё короче.

– Соня?..

– А?

– Приходи ко мне на день рождения в эту пятницу.

– Я… – растерялась Соня. – Конечно!

И тут же поскользнулась, попав в ловушку. Кристина мастерски словила подругу как ангел-хранитель:

– Етить! Не ушиблась?

– Спасибо… убиться можно. Значит в пятницу?

– Да. Папы не будет дома. Посидим вчетвером.

«Вчетвером». Вчетвером?? Последовавший взгляд Сони прекрасно передавал закономерный вопрос.

– Да… это… – пока Кристина формулировала предложение, казалось, успело загореться ещё три окна.

– Ага, – сказала Соня будто «ну охуеть».

– Просто… Мы в ответе за тех, кого приручили, понимаешь? Может кто-то коммунист или в Бога очень верит. Если сильно перебирать людей, то так можно вообще ни с кем не общаться.

– Можно.

«Можно» прозвучало утвердительно, агрессивно и исчерпывающе будто целая автобиография. Кристина осеклась.