Бумажный тигр (II. - "Форма")

Лэйду не раз приходилось слышать, как люди произносят эти слова. Слова, которые он путем долгих усилий научился отождествлять с собой. Их произносили с испугом, с насмешкой, иногда – с сарказмом или изумлением. Но интонация полковника Уизерса, заключенная в этих словах, была особого рода. От нее желчный пузырь Лэйда затвердел, как камень.

Чертова крыса, тоскливо подумал он, что тебе от меня надо? Чего ты хочешь? Явилась на запах свежей крови? Или просто хочешь позубоскалить, наблюдая за тем, как твой немощный противник с ввалившимися боками устало хлещет воду на водопое?

Полковник Уизерс молчал, сосредоточенно изучая кофейную чашку, казалось, все остальные вещи в мире сейчас не представляют для него никакого интереса.

Даже молчащий, даже безоружный, он обладал даром распространять вокруг себя удивительно зловещий ареол, накрывая им, точно невидимой сетью, все свободное пространство вплоть до последнего дюйма. Это ощущение было тем более примечательным, что в облике полковника Уизерса не было ничего зловещего.

Если бы не эта удушливая атмосфера вокруг него да не костюм гробовщика, полковник Уизерс, надо думать, не сильно бы выделялся из толпы. Лицо вполне приятных черт, с умными внимательными глазами, совершенно лишенными плотоядного блеска Канцелярских клерков, волосы – немного вьющиеся, того интересного оттенка, который бывает у соцветий персидского каштана – светлые с едва заметным рыжеватым отливом. А еще он был молод.

Ему можно было бы дать лет двадцать, мрачно подумал Лэйд, против воли косясь на собеседника, самое большее – двадцать три. Только эти двадцать три года он прожил на планете, где время течет совершенно не так, как на нашей. И это совершенно отчетливо ощущается в его глазах. Есть в них что-то такое, отчего кажется, будто, ненароком моргнув, они могут высосать весь воздух из твоей души, оставив там только холодный смерзшийся ком.

Держи себя в руках, приказал себе Лэйд.

Когда-то он даже пытался разобраться с этим мифом. Он был полон сил, а еще уверен в том, что любой миф можно повергнуть, кропотливо собирая информацию, сочленяя воедино разрозненные сведения и заполняя пробелы.