В плену реальности

Вуди оказался на пороге своей комнаты и увидел себя, лежащего на диване. В комнате были завешены шторы и не горел свет. Он лежал на диване, сложив руки на груди, как лежат покойники. На подоконнике, журнальном столике и на лице Вуди осел миллиметровый слой пыли. Комната напоминала брошенную после эвакуации квартиру с забытой внутри восковой фигурой. Жизнь в ней остановилась. И только капельки физраствора, спешащие по трубке капельницы в вену, не прекращали движение.

Как долго он не был на Земле? Месяца два или три? Более точным ответом будет - полгода.

Предохранитель Вуди сработал. Для того, чтобы покинуть Тару, ему требовалось лишь посмотреть на лежащего себя на диване и представить - что он открывает глаза. Просто представить. И тогда ему не нужно будет возвращаться в этот тёмный амбар к маньяку, отрезающему пальцы кустарными кусачками.

Вуди встал перед выбором: адская боль и изуродованные конечности; либо возврат в заброшенную квартиру на Земле.

«Выбор же очевиден!» - возмутился бы житель Земли.

- «Кто может задумываться над тем, чтобы добровольно вернуться в амбар к маньяку?!».

«Ситуация, конечно, неприятная» - ответил бы ему житель Тары. - «Но, быть может, не настолько, чтобы возвращаться на Землю?».

Два года назад Вуди провёл на Таре первые сутки, а вернувшись на Землю, познакомился с послеигровой депрессией. Брат отвёз его в дом помощи игрозависимым, где Вуди дали пару таблеток, и через десять часов он стал прежним. Терпимо.

На следующий день его отправили на терапию. Доктор-волонтёр - мужчина в белых очках говорил странные вещи. Он сравнивал игру с наркотиком. Описывал надуманные последствия и предостерегал сильнее, чем родители предостерегают от первой сигареты. Одна фраза Вуди запомнилась больше других: «Наступит день, когда даже самое ужасное событие, происходящее в виртуальном мире, включая насилие и близость смерти, покажется тебе лучшим, чем возвращение домой». Вуди тогда от души посмеялся, а сейчас бы над ним посмеялся тот доктор…

… … …

Со скоростью сверкающей в небе молнии сознание Вуди переместилось в амбар.

Он опустил глаза и затрясся всем телом. На каждой руке осталось лишь по два пальца - большой и указательный. На месте шести остальных торчали сантиметровые обрубки с выступающими наружу обломанными костями. Из обрубков непрерывными ручейками на землю текла кровь.

Тощий сидел к нему спиной и что-то делал, щёлкая кусачками.