Герои и Злодеи. Марина

Прости, но без сдачи, — друг сунул мне в руки маленький пакетик с серебристым порошком внутри, сел в машину на пассажирское сиденье и полез в бардачок за валерьяновыми пастилками. — Скунс предупредил, что у него закончился срок годности, и за результат не поручился. Хочу, кстати, поблагодарить тебя за забытый сэндвич. Меня не стошнило от запаха только потому, что желудок пустой как барабан.

— Я тебя обожаю, Ксэн! — улыбнулась ему, надёжно припрятав пакетик в сумочку.

— Ещё бы не обожала, — сварливо отозвался он. — За последние пять лет по твоей милости я повидал столько злодеев, что могу считать их перед сном как овечек, и не засну до утра.

Об этом ему незачем беспокоиться. Паник больше нет.

— Поехали домой. — Я села за руль и мягко тронулась с места.

Остановила фургон возле аккуратного домика в юго-западной части города. Район старый и весьма живописный. Неровный ландшафт и относительная близость океана не дали архитекторам ни единой возможности выстроить здесь высотки из стекла и бетона, поэтому вокруг сохранилась тишина, какая бывает в маленьких провинциальных городках.

Дом принадлежал родителям Ксэнтуса. Вообще-то, у него есть собственная квартира — однокомнатная на другом конце города, но последние две недели он живёт здесь. Его родители укатили в отпуск на месяц, не забыв при этом возложить на единственного сына святую обязанность заботиться о девяти кошках.

Загнав фургон на газон под окнами, чтобы не преграждать узкую проезжую часть, я достала диктофон. Кое-что нужно доделать сегодня. На камеру Ксэн говорить не станет, а фильм без добытых им сведений не получится полноценным.

— Пришёл в себя?

— Пришёл, — кивнул Ксэнтус.

— Теперь рассказывай всё, что выяснил.

— Скунс не самый доверчивый человек, но и собеседников у него не много, так что тебе повезло.

— Нам! — поправила его.

— Тебе. Получая диплом, я мечтал снимать передачи о жизни кошечек и других зверушек, а не о супериорах.

— В какой-то мере, супериоры тоже зверушки — у них есть клички!

Глубоко вздохнув, Ксэн забрал диктофон, щёлкнул кнопочку записи и начал рассказ официальным тоном:

— Недели полторы назад на Хендрикуса Скунса, хорошо известного в Индустриальном районе злодея-наркоторговца, вышла некая девочка-супериор, пожелавшая остаться неназванной.