Герои и Злодеи. Марина

За пять минут моего отсутствия на стоянке успели произойти разительные перемены. Солнце окончательно скрылось за горизонтом; мир вокруг погрузился в эфемерную сумрачную дымку, что стирает цвета и наделяет предметы зловещими душами. Тусклый свет одинокого фонаря возле завода прорезал полумрак, из которого уродливыми монстрами всплывали на поверхность остовы обгорелых машин и громадины разбитых цистерн.

Когда Ворон потащил меня в небо, Дэмиэн ещё вовсю кромсал Барса, а Вихвэй душил Сциллу. Но сейчас тут было тихо, и эта тишина неприятно тревожила.

Где все?

<Это было то, о чём я подумал?>

Проклятье!

Я вздрогнула от неожиданности, а затем медленно выдохнула. Ксэнтус поинтересовался очень тихо, будто его голос мог нарушить тишину на стоянке, а у меня в груди шевельнулось что-то тёмное и забытое. Страх. К счастью, нехорошее чувство быстро успокоилось, не успев переродиться в панику.

— Ты о чём? — ответила тоже шёпотом.

Ходить в одной туфле жутко неудобно, я хромала и горячо надеялась не напороться в такой темноте на стекло.

Переступив через небольшой вал, за малым не налетела на кусок выпирающей из земли арматуры. В этой стороне прятался Скейт, узнаю обгорелую легковушку в десяти метрах дальше. Здесь не осталось ни единого целого клочка асфальта. Пытаясь достать Птицу, недозлодей не стеснялся в средствах и разворотил всё вокруг просто до безобразия. Плохо он знает законы стихий — земля не бьёт воздух.

<Птица тебя поцеловал, да? Не трудись придумывать отговорки, я всё слышал,> — в голосе Ксэна звучало неприкрытое любопытство.

Надо было отключить связь, сейчас бы не смущалась!

— Спасённые девушки всегда целуют своих героев.

<Не ты его поцеловала, а он тебя, улавливаешь разницу? Поверить не могу, что вы с ним...>

— Давай-ка поговорим об этом за бокалом клубничного коктейля в «Ундине», — быстро перебила, надеясь замять тему.

Друг хмыкнул:

<Только представь, как расстроятся фанатки Птицы!>

— Никак не расстроятся. В комиксах о моём романе с Птицей давно пишут и ничего.

Но ты ничего не слышал!

<Вообще ничего?>

— Ни слова. Пусть будет ещё одной нашей тайной.

Я вышла к знакомой цистерне. Помятая и поцарапанная, с вмятинами от щебня, она отбрасывала длинную чёрную тень, в которой пряталось тело. Лысый. Лежит на том же самом месте, уткнувшись в землю, рука вывернута под неестественным углом. Похоже, я всё-таки его убила и теперь меня ждёт разговор с полисменами. Неприятный, но короткий.