Герои и Злодеи. Марина

Тем более, когда речь идёт о последнем расследовании в качестве мадам Новости.

— Нет, Рэмирус. Я с самого начала была в деле и не отступлюсь до конца.

<Поэтому нам всем будет лучше, когда ты осядешь в студии.>

Он знает? Информация о моей новой должности не глупая сплетня, как роман с Ксэнтусом, она не доступна широкой общественности. Разве только...

— Какое ты и твоя Ассамблея имеете отношение к моему переводу?!

<Прямое.>

— А моим мнением вы сперва не хотели поинтересоваться?

<Не глупи, Эванджейро.

Своими репортажами ты превратила журналистику в соревнование. Мечтая о славе бесстрашной мадам Новости, твои коллеги наперегонки лезут под пули. Ради пяти минут эксклюзивных кадров вы подвергаете свои дол@#$$&е жизни смертельному риску, давая поводы обвинить героев в росте числа невинных жертв! Нет, твоим мнением мы не хотели поинтересоваться.>

Если бы он сейчас стоял передо мной, я бы ему врезала. Не столько за то, что сделал, сколько за признание без малейшей капли раскаяния в голосе.

— Не смей перекладывать ответственность на журналистов! Половину своих преступлений злодеи совершают с единственной целью — ударить по вам, героям, так что начните с себя.

<Признаю, мы далеко не ангелы. Весь этот гр@#$%$$*й город прогнил, и взаимные обвинения не вытащат его из задницы. Но если перевод на новую должность единственный способ уберечь тебя от трагедии, извинений от меня не дождёшься.>

— И не надо! Всё равно я закончу с анизином, хочешь ты того или нет!

Остатвив последнее слово за собой, я в ярости захлопнула крышку телефона.

Да кем он себя возомнил?! Ему никто не давал права вмешиваться в мою жизнь. И ни в чью другую тоже! Мир не рухнет, если он перестанет его контролировать.

— Дурно стало мне, а неважно выглядишь ты, — заметил Ксэн, заводя фургон.

— Герои, — махнула рукой. — Все как один считают себя вправе вмешиваться в чужие жизни.

Друг не стал донимать меня расспросами. Супериоров он не жалует с самого первого дня нашего знакомства.

— По таким местам я точно не буду скучать на будущей работе, — сказал он, когда здание Второй горбольницы осталось в зеркале заднего вида.

Поддавшись сентиментальному порыву, я обняла его, и мы чудом не наехали на тротуар.

Глава 11

«Никогда не раскрывай своих планов. Как бы сильно тебе не хотелось блеснуть своей гениальностью, помни: шансы впечатлить таких героев, как Птица, бесконечно малы, а тот факт, что ты дашь им подсказку, как всё испортить — уже свершился! Молчи.