Герои и Злодеи. Марина

Сидеть в фургоне два с лишним часа, пока мы не закончим, злодей счёл слишком тоскливым занятием, а так хоть посмотрит на знаменитую тюрьму изнутри. Предложила бы ему потратить это время на дрессировку Вихвэя, но велика вероятность остаться непонятой.

— Телевидение, как же мы рады вас видеть, — лицемерно протянул майор, сверкнув золотым зубом.

Он представился Терентиусом Партайро, выдал нам гостевые пропуски, провёл через рамку металлоискателя, проверил документы и содержимое сумок. За Дэмиэна, «забывшего» личную карточку дома, пришлось поручиться письменно.

— Согласно правилам, у вас есть двадцать минут на свидание с госпожой Парайго, известной как Ласточка. Дольше только в присутствии начальника тюрьмы и адвоката обвиняемой.

— Благодарю, майор. — Поправив обтягивающий свитер, я очаровательно улыбнулась и с надеждой заглянула в его глаза. — Скажите, есть возможность увидеть материалы дела Ласточки?

Оригинальные документы хранятся во Дворце Юстиции в Стограде, здесь только копии, которыми пользуются адвокаты, но разницы в содержимом никакой.

— Только с письменного разрешения главного обвинителя Невайно, — майор не поддался.

— Ясно.

Попытаться всё равно стоило.

— Ждите тут.

Партайро неторопливо вышел, оставив нас одних в комнате.

Ксэнтус поставил камеру и настроил осветительный зонт, чтобы избавиться от бликов стекла. Здесь часто проводят съёмки, но руководство тюрьмы не желает облегчать журналистам жизнь, установив приличное освещение.

Дэмиэн устроился в дальнем углу и взялся за бесплатные журналы. Не нравится мне его интерес к Вечности. Понимаю, радио в фургоне не блещет разнообразием станций, но не до такой же степени, чтобы рисковать разоблачением, заявившись в тюрьму республиканского значения.

Подойдя к нему, отогнула край журнала:

— Зачем ты здесь на самом деле?

На сей раз злодей не стал врать:

— Не ты одна хочешь повидаться с Ласточкой. Прежде чем получить пожизненное, она должна узнать, что я жив и всё, чего она годами добивалась, закрывая мои исследования, будет продолжено уже вне контроля Республики.

— Месть? Разве не ты говорил, что старания Ласточки лишь капля в луже?

— Большая капля.

— А не боишься, что она растрезвонит миру о твоём воскрешении?

— Пусть. Её сочтут невменяемой, и я смогу порадоваться ещё раз.

— Ну уж нет, здесь ты не останешься, подождёшь нас с Ксэном за дверью. Вставай.