Судный день Часть 2

Без силы было несладко. Как же я всё-таки привык к ней. То и дело по инерции пытался подтолкнуть себя силой или добавить энергии в удар, но вовремя себя останавливал, потому что мог ненароком начать расходовать накопленное из браслетов.

К середине пирамиды дело пошло лучше: то ли тут льда было меньше, то ли камень мягче, то ли я просто приловчился — но расстояние до вершины заняло у меня куда меньше времени. Достигнув острого навершия, накинул веревку, закрепил — для того, чтобы держаться сейчас и на случай, если ничего не выйдет и придется взбираться заново.

Рассмотрел, что Карим уже успел разложить куполообразную палатку с дырой для дымохода в центре. Он, увидев, что я на вершине, вопросительно крикнул:

— Хаджа дельз на сам? — спрашивал, видимо, как дела.

— Еще не знаю, — крикнул я в ответ. Карим, конечно же, ничего не понял и продолжил заниматься нашим жильем, теперь доставая и унося внутрь палатки портативную буржуйку.

В тепло очень хотелось и мне — руки заледенели, лицо, кажется, застыло от холода намертво, не говоря уже о ногах, пальцы которых еще полчаса назад болели, замерзая, а теперь я их вообще не чувствовал.

Нужно осмотреть вершину на наличие зазоров, трещин, а после спуститься и погреться.

Трещину я нашел сразу — ровная горизонтальная полоса отсекала вершину. Я налег плечом, пытаясь сдвинуть ее, но ничего не вышло.

Я коснулся этого символа, провел пальцем по виткам — вдруг послышался скрежет. Я решил, что вершина сейчас распахнется, но ничего не вышло. Еще раз провел пальцем, повторяя узор, скрежет был уже куда яственнее, заметил движение, в точке схождения рёбер камень вдруг расщепился на четыре части.

От тепла открывается или от касания, я так и не понял.

— Джамби, дзанш, шиталеш! — крикнул Карим и замахал рукой, показывая, чтобы я спускался греться.

Я хотел показать ему, что спущусь, только когда открою вершину, но внезапно заметил вдалеке движение в небе. Я настороженно замер, но уже через несколько секунд понял, что сюда летит скайер и это явно не к добру.