Самозванец

– Вот черт, – пробормотал Роман и попытался стряхнуть огонек. Огонек даже не мигнул – он держался, как приклеенный. Роман потряс рукой. Огонек перескочил с указательного пальца на средний.

Станислав коротко рассмеялся и дунул на огонек. Тот качнулся и исчез, как потухает огонек свечи.

– А, вот так, – Роман кивнул и протянул руку в темноту. Он кое-что ощутил, понял принцип и был твердо уверен, что на этот раз должно получиться, но вместо свечи из его ладони вырвалась длинная зеленая искра и погасла, обрисовав на мгновенье в пыльной темноте дымный зеленоватый череп.

– Ого, блин... – протянул Роман озадаченно и вопросительно посмотрел на Станислава.

Тот еле сдерживался, чтобы не расхохотаться.

– Твои штучки? – спросил Роман сконфуженно.

– Та мои. А чьи еще?

– Ладно, кончай уже прикалываться, чародей. Пришли.

– Прикалываться? К чему?

– Подтрунивать.

– А...

Роман нашарил ключ, отпер дверь, и из каморки пахнуло затхлостью и упырями. Мертвечиной. Станислав поморщился.

– Как будто и душно, а, Ромек?

– Да уж, не розами благоухает.

Роман зажег электрическую лампочку, резанувшую голым мертвым светом по глазам – и Станислав отшатнулся и зажмурился.

– Ой, погаси!

– Тут окон нет...

– То не страшно. Сейчас мы тут устроимся, Ромек.

Роман пожал плечами и щелкнул выключателем.

Станислав потер глаза – и, взмахнув рукой, повесил в воздухе плывучую гирлянду голубых огоньков. Огляделся, прошелся вдоль стены, чуть касаясь оштукатуренной шершавой поверхности – и слегка стукнул по ней ребром ладони. Откуда ни возьмись потянуло свежим холодным воздухом и запахло сырой землей и дождем.

– Здорово, – сказал Роман. – Только темновато.

Станислав провел рукой по столу, оставляя на пустой консервной банке, на ржавом чайнике, на треснувшем стакане пучки светящихся призрачных шариков. Потянулся, посмотрел вверх – и потолок, как показалось Роману, поднялся в гулкую пещерную высоту и населился качающимися синеватыми тенями. Страшная комната приобрела странный нечеловеческий уют.

Станислав присел на продавленный диван отдохнуть от трудов праведных. Роман устроился рядом.

– А домовина где у тебя? – спросил Станислав и зевнул. – Скоро светает.

– Так ведь... а... а что ты имеешь в виду?

– Что. Гроб.

– Что?! – Роман чуть не подпрыгнул на месте. – Какой еще гроб?

– А спишь-то ты где?

– Ну ты, Стаська, даешь... не в гробу же! На диване и сплю, если вдруг остаюсь тут.

– Ты спишь, как смертный, а я, по-твоему, дикарь...