Самозванец

Роман, держа на вытянутых руках нож с бритвенно-острым, тщательнейшим образом заточенным лезвием, вдохновенно декламировал нараспев:

– … а также древние силы, выдыхающие мрак, и те, кто движет туман, и те, кто несет облака! А также носящие одежду из человеческих кож и свистящие во флейты из человеческих костей! Те, кто ждет и жаждет вашего заступничества, готовы поить вас кровью и кормить плотью!

Толпа слегка содрогнулась. Роман выкинул вперед руку с ножом, указав острием на ближайшую фигуру:

– Ты готов к жертве?

Ошалелый парень с плоским туповатым лицом и зрачками наркомана испуганно огляделся, встретился с очарованными взглядами участников церемонии – и шагнул вперед.

Василий схватил его за руку – парень вздрогнул от его ледяного прикосновения – задрал на ней рукав и подтащил к бокалу. Роман с непроницаемым лицом нанес скользящий удар, неглубоко распоровший мышцы. В бокал хлынула кровь. Парень заорал не то от боли, не то от восторга. Роман нагнулся к его ране и тренированным вампирским движением полуоблизал-полупоцеловал.

Ира оттащила жертву в сторону, сунула полотенце, смоченное перекисью водорода.

– Кто еще готов породниться с сильнейшими мира?! – вопросил Роман, облизнув окровавленные губы.Добрых полдюжины рук с засученными рукавами протянулось к нему. От прикосновений лезвия ножа, рук Романа и его рта посвященные в экстазе визжали и вопили, как сборище сумасшедших. От воплей металось пламя; кровь хлестала в бокал и мимо бокала. Крашенная девица в истерике драла собственные запястья длинными наманикюренными ногтями.

– Вы – дети ночей! – орал Роман в тон толпе, и она отвечала безумным ревом:

– Да!!!

– Вы чувствуете древнюю мощь!

– Да!!!

– Вы могущественны и свободны!

– Да!!! – орали посвященные, срываясь на визг и пьянея от вида крови.

– Вам дарована любовь! – завопил Роман изо всех сил. – Наслаждайтесь ночью!

Толпа участников обряда, сдирая окровавленную одежду, ломанулась в соседнюю комнату, где была водка, наркота и матрасы на полу. «Ритуальный зал» опустел.

Роман облизал лезвие ножа и отпил из бокала. Упыри жадно и умильно глядели на него.

– Жрите, – усмехнулся он, отходя.

Бокал опустел через минуту.

– Гений ты все-таки, – искренне восхитился Василий. – В смысле – вы, мессир.

– Вот то-то, – хмыкнул Роман. – Еще не то будет, малыш.

– А что это за богиня – Балкис-Македа? – спросила Ира, облизываясь.

– Так египтяне царицу Савскую звали, – сказал Роман и потянулся.

– А кто это?

– Не твое дело.