Самозванец

Причем вонял он не так мерзко, как Роман, было, приготовился – жизнь, которая теплилась в его бесчувственном от дешевой выпивки теле, перебивала гадкую вонь перегара и грязи. Славно.

– Помогай, – бросил Роман Ире и приподнял обмякшую тушу, закинув руку бомжа на плечо.

Ирина сообразила и присоединилась. Бомж дрых на ступеньках около ночного магазинчика с водкой и презервативами, сюда могли подойти люди – потенциальную добычу надлежало отнести в безопасное место.

Все это почему-то Романа не ужасало и не шокировало – скорее смешило.

Тигр-ры ночей! Ястребы-стервятники… добыча-то с душком, мягко говоря. Палая такая антилопа… или падшая…

Бормочущее, еле переставляющее ватные ноги существо оттащили во двор дома неподалеку. Двор был темен и пуст, но Роману хотелось стопроцентной безопасности – он отправил Иру искать отпертый подъезд с входом в подвал. Только когда все вышереченное нашлось, только когда бомж был доставлен в подвал, где было темно, воняло кошками и крысами, прыгали блохи, зато имелась гарантия полного одиночества – только тогда Роман позволил себе расслабиться.

Бомжу он прокусил сонную артерию – она просто светилась красным проводом под током на грязной шее. Укушенный даже сообразить ничего не успел. Роман с удовольствием подумал, что вампиры, вероятно, питаются именно так – энергия, тепло, спокойствие, ощущение жизни в трансформированном полумертвом теле возросли от притока крови в геометрической прогрессии.

Остатки уходящей жизни, почти мертвеца – Роман бросил на Ирино усмотрение.

Она устроила такую мерзкую оргию пожирания трупа, что Романа замутило. Надо быть эстетом. Надо держать себя в руках. Надо, по возможности, вести себя сдержанно – примерно такие мысли тасовал Роман, выходя из подвала на воздух.

Ночь была свежа и сладка. Роман потянулся и вздохнул, но тут же вспомнил, зачем вышел. По делу.

Когда он вернулся в подвал, Ира еще стояла над трупом на четвереньках, как гиена, вымазавшись в крови, урча – отвратительное зрелище.

– Да отойди же ты! – приказал Роман.

Ира отползла нехотя, встала на ноги, отряхиваясь, облизываясь и чавкая. Роман с интересом отметил забавный факт: кошачьи царапины на ее руке почти закрылись. От крови? От пищи? Мило. Правда, выглядит она ненамного лучше. И, похоже, намного хуже меня. Но это уже ее проблема.

Роман подтащил к обглоданному телу обломок тротуарного бордюра, оставшийся во дворе от дорожных работ. Поднял над головой мертвеца.