Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию #5

Потерявший бумажник, выслушав, что ему нашептали, выпрямился и решительно направился к пожилой паре.

— Верните, — требовательно сказал он, протягивая вперёд руку. — Я жду.

— Простите? — старичок близоруко, недоумённо посмотрел на подошедшего. — Я ничего у вас не брал.

— А вот тот гражданин, — тут подошедший повернулся, чтобы указать на типа в смокинге, но увидев, что там, где он только что стоял, оказалось пусто, кашлянул досадно, однако всё же решил не отступать, — утверждает, что видел, как вы вытащили что-то из моего кармана.

— Как можно?! — возмутился обвинённый в краже, задирая подбородок вверх и сжимая трясущиеся от негодования ладони в кулаки. — За кого вы меня принимаете?!

В радиусе нескольких метров от пререкающихся образовался плотный строй жаждущих подробностей. Прозвенел первый звонок.

— И всё же, я бы попросил показать, что у вас в левом кармане, — настойчиво потребовал рассерженный человек.

— Раз вам так угодно...

Со всем доступным презрением старичок сунул руку в указанный карман, обомлел, удивлённо отвесил нижнюю челюсть и, дёргаными движениями, вытащил на всеобщее обозрение коричневый бумажник с тиснением на боках.

— Не понимаю, что это... Откуда? — растерянно пробубнил он, часто моргая. — Вероятно, это какая-то злая шутка?

— Не правда ли, странно? — желчно улыбаясь, заметил мужчина, вырывая имущество из чужих пальцев. — Моя вещь нашлась в вашем кармане. Не стыдно? Вроде солидный пенсионер, в возрасте... Надеюсь, там всё на месте?

Про «всё на месте» он произнёс с акцентом, для окружающих, чтобы посильнее унизить воришку.

Охнув, старик побагровел, пошатнулся, привалился спиной к колонне, схватился рукой за сердце и, задыхаясь, начал медленно сползать на пол. Его дама попыталась удержать обмякшее тело на весу, но не смогла, лишь замедлила падение.

Кто-то неуверенно позвал врача, чья-то рука протянула нитроглицерин.

Серёга, наблюдавший за происходящим со стороны, оставался безучастен. Первую медицинскую помощь он оказывать не умеет, в скорую уже позвонили, во всяком случае, неподалёку голосистая, корпулентная дама самозабвенно орала в телефон: «Театр! Кардиобригада!».

Гораздо больше его занимал не плохо видимый из-за столпившегося народа старичок и не его дама, а вертлявый гражданин в смокинге. Он снова крутился поблизости, не стараясь протиснуться в первые ряды.