Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию #5

— Замри! — улучив момент, Антон переместился вплотную к сослуживцу и схватил собачонку за шиворот, прикладывая к ней заметно потускневшую служебную метку.

Безвольное тельце отвалилось от голенища.

Нога инспектора снова по инерции взметнулась вверх, обдав спасителя порцией грязи с подошвы и зацепив его тупым ботиночным носком по локтю.

— Ай! Угомонись! Наши победили!

Просьбу подкрепил подзатыльник свободной от зверюшки рукой.

— Больно! — взвыл Сергей, окончательно успокаиваясь.

— Зато бесплатно. Срочно разбирайся с корчагой, иначе новые бобики из-за заборов повыпрыгивают.

В подтверждение его слов донеслась новая порция собачьего воя.

— Корчага ни при чём! Под ней!..

Прыгнув в раскоп, инспектор, не вникая в подробности, ощутил спрятавшуюся в яме воронку тошнотных эманаций и влепил в неё сгусток Силы мало не с волейбольный мяч, здраво полагая, что на детальное изучение воронки времени почти нет.

Подействовало сразу. Энергия жизни буквально выжгла поражённый участок, оставив после себя лишь оплавленный до кирпичной прочности кусок почвы.

— Теперь точно победили, — произнёс за друга призрак, укладывая бессознательную собачонку на траву. — Я чувствую. Посмотри животное. Не убить бы... Я, похоже, перестарался слегка. Мощность Печати, конечно, приуменьшил, но сколько ей, пучеглазой, надо?

— Да и хрен с ней! — затаивший обиду на весь собачий род Иванов выбрался из опустевшего углубления в котловину.

— Серый! — рявкнули ему в ответ и добавили, уже спокойнее. — Она же не сама набросилась. Колдовство подействовало.

Поняв, что на уступки идти придётся, инспектор подошёл к почти не дышащей шерстяной колбаске с клыками и ушками. Совсем не страшной. Опустившись рядом с ней на колени, приложил руку к холке.

— Действительно, отходит. Ща поправим… — в тельце полилась Сила.

Спасаемая задёргалась, засучила лапками, попыталась подняться, перепугано осматриваясь и будто пытаясь понять, как она сюда попала и куда бежать.

— Мотай отсюда, — скомандовал ей Швец, с трудом поднимая бойцового пса, валяющегося неподалёку. — На пашню отнесу. Оклемается — может повторно броситься. Этот не испугается.

Покладисто согласившись, Иванов проводил взглядом правильно понявшую указание, стремительно улепётывающую собачонку и взялся за лопату.

— Я посмотрю, что нам так кровь попортило.